Ст 145 ук рф судебная практика

Регламентация объективных признаков состава преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ: вопросы совершенствования законодательного подхода и правоприменения (Дядюн К.В.)

Дата размещения статьи: 25.07.2014

Уголовная ответственность за необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет, является одной из форм правовой защиты материнства и детства. Норма ст. 145 УК РФ — отражение в российском уголовном законодательстве положения, содержащегося в ч. 2 ст. 11 Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, обязывающего государства-участников «запретить под угрозой применения санкций увольнение с работы на основании беременности или отпуска по беременности и родам» .
———————————
Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин от 18 декабря 1979 г. // Международные акты о правах человека: Сб. документов. М., 2002. С. 370.

Конституция РФ устанавливает, что «материнство и детство, семья находятся под защитой государства» (ст. 38), «каждый имеет право на труд» (ст. 37), «мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации» (п. 3 ст. 19).
Следует отметить, что уголовная ответственность за отказ в приеме женщин на работу по мотивам беременности, а также за снижение им зарплаты по тому же мотиву была введена Постановлением ЦИК и СНК СССР 5 октября 1936 г. и с того времени присутствовала в российском уголовном законодательстве (например, ст. 139 УК РСФСР 1960 г.). На практике, однако, указанная норма фактически не применялась, но ее существование в законе следует оценить положительно, как дополнительную гарантию реализации права женщин на труд и уголовно-правовую защиту материнства и детства.
———————————
СЗ СССР. 1936. N 51.

Тем не менее такого рода преступления остаются безнаказанными. В настоящее время в судебной практике подобных дел очень мало, можно утверждать, что к ответственности по ст. 145 УК РФ привлекается менее 0,01% виновных . Анализируемое преступление нарушает положения международных документов, Конституции РФ, Уголовного кодекса; несомненно, характеризуется достаточно высоким уровнем общественной опасности; распространено на практике, однако ст. 145 УК большинством относится к числу «мертвых». Представляется, что проблемы правоприменения обусловлены несовершенством редакции ст. 145 УК РФ.
———————————
Уголовный закон в практике районного суда: Науч.-практ. пособие / Под ред. А.В. Галаховой. М., 2010.

Преступление, предусмотренное ст. 145 УК РФ, нарушает не только требования международных актов, Конституции (ст. 38), но и другие законодательные положения, в том числе основные принципы Трудового кодекса РФ. Вероятно, такое многообразие нарушений обусловливает сложности в определении непосредственного объекта рассматриваемого преступления. Одни авторы считают, что таковыми являются общественные отношения, обеспечивающие защиту материнства и детства , другие — право на труд беременной женщины и женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет , третьи — отношения по поводу соблюдения конституционных гарантий права на труд . Полагаем, что в каждой из приведенных позиций есть рациональное зерно, тем не менее наиболее обоснованным видится последнее мнение, так как оно точнее очерчивает круг общественных отношений, на которые посягает анализируемое деяние. Так, охрана материнства и детства — достаточно широкое понятие, которое не позволяет выделить существенные признаки данного деяния. Указанным общественным отношениям причиняется вред и при совершении убийства беременной женщины, незаконном производстве аборта и др. Признание непосредственным объектом преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ, права на труд специальной категории субъектов более конкретизировано, однако такой подход не подчеркивает существенность анализируемого преступного посягательства, нарушающего не только трудовые права, но и требования Конституции — основного закона государства. Таким образом, родовым объектом преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ, являются общественные отношения, обеспечивающие блага личности; видовым — конституционный принцип охраны материнства и детства; непосредственным — общественные отношения по поводу соблюдения конституционных гарантий в области социальных прав и свобод указанной категории субъектов: права на труд беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет.
———————————
См., например: Комментарий к УК РФ / Под ред. В.М. Лебедева. М., 2005. С. 342; Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Уголовное право. Особенная часть. М., 2005. С. 115.
См., например: Комментарий к УК РФ / Под ред. В.В. Мозякова. М., 2002. С. 282; Стаценко А.Г. Преступные посягательства в сфере труда: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Владивосток, 2000. С. 6.
Полный курс уголовного права: В 5 т. / Под ред. А.И. Коробеева. СПб., 2008. Т. II. Преступления против личности. С. 607.

Следующим моментом, заслуживающим рассмотрения, является вопрос о потерпевшем лице. В соответствии с диспозицией ст. 145 УК и в связи с широким толкованием понятия «женщина, имеющая детей» потерпевшими от этого преступления могут быть не только матери, но и любые женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет (в том числе усыновители и опекуны). По такому пути идет и судебная практика. Так, А. решением суда была назначена опекуном племянника. Директор магазина, где работала А., ее уволил. А. обратилась в прокуратуру. Следователь принял ее заявление, уголовное дело было возбуждено по ст. 145 УК РФ .
———————————
Официальный сайт Следственного комитета РФ. URL: http://www.sledcom.ru.

В то же время некоторые исследователи считают необоснованным включение в круг потерпевших от рассматриваемого преступления приемных матерей, мотивируя это тем, что приемные родители состоят в договорных отношениях с органом опеки и попечительства и получают вознаграждение за выполнение своих обязанностей по воспитанию ребенка. Поэтому право на труд приемной матери указанным договором уже реализовано . Такая позиция представляется не совсем обоснованной. Во-первых, договор о передаче ребенка на воспитание в семью имеет черты гражданско-правового договора об оказании услуг. Во-вторых, деятельность приемных родителей не должна рассматриваться единственно как источник доходов. В-третьих, подбор приемных родителей происходит на основе учета их личных, нравственных качеств (ч. 2 ст. 153, ч. 2 ст. 146 Семейного кодекса РФ), а не деловых и профессиональных, как при оформлении трудовых отношений. Таким образом, в означенной деятельности отсутствуют признаки трудовой в общепринятом и законодательном смысле. Кроме того, приемные родители наделяются правами и обязанностями опекуна (попечителя) (ч. 2 ст. 153 Семейного кодекса РФ), следовательно, при признании потерпевшими по ст. 145 УК РФ опекунов и попечителей разумно рассматривать в таком качестве и приемных родителей.
———————————
Качина Н.В. Необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет (ст. 145 УК РФ): обоснованность криминализации, оптимизация законодательного описания: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Красноярск, 2007. С. 15.

Также следует отметить, что в Трудовом кодексе РФ предусмотрен более широкий круг лиц, на которых распространяются гарантии защиты от необоснованного отказа в приеме на работу и от необоснованного увольнения в связи с наличием детей. Так, помимо беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, к указанной группе относятся отцы, воспитывающие детей без матери, а также опекуны (попечители) несовершеннолетних; одинокие матери, воспитывающие ребенка в возрасте до 14 лет (ребенка-инвалида в возрасте до 18 лет), иные лица, воспитывающие указанных детей без матери (ст. ст. 64, 261, 264 ТК РФ). В связи с тем что норма ст. 145 УК РФ является по сути бланкетной, требующей учета соответствующих норм трудового законодательства, а также поскольку необоснованный отказ в приеме на работу и необоснованное увольнение перечисленных лиц обусловливаются одинаковыми мотивами, видится целесообразным законодательно расширить перечень потерпевших от преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ. В противном случае возможна неравноценная защита аналогичных интересов в зависимости от статусных особенностей лиц (пола, семейного положения), что противоречит принципам равенства и справедливости.
Исходя из буквального толкования нормы для применения обозначенных положений законодательства необходимо наличие у женщины двух и более детей в возрасте до трех лет. На практике же достаточно одного ребенка соответствующего возраста. Во избежание разночтений в правоприменении видится обоснованным изменить редакцию нормы, указав на факт наличия не «детей», а «ребенка» в возрасте до трех лет. Кроме того, представляется обоснованным изменить формулировку «женщина, имеющая ребенка». Более правильным видится словосочетание «женщина, воспитывающая ребенка». Часто встречаются ситуации, когда мать ребенка фактически не заботится о нем, при этом пользуется гарантиями и льготами. Полагаем справедливым и обоснованным предоставление предусмотренных законодательством гарантий только женщинам, реально осуществляющим воспитание и содержание ребенка, уход за ним. Матери, не выполняющие указанные функции, не вправе ссылаться на наличие ребенка как обоснование гарантий и соответственно причину дискриминации. Подобные предложения, встречающиеся в научной литературе , вполне логичны и обоснованны.
———————————
См., например: Качина Н.В. К вопросу о потерпевшем от преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ // Право. Личность. Культура: Сб. науч. ст. / Под ред. В.А. Власова. Красноярск, 2006. С. 154.

Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ, характеризуется необоснованным отказом в приеме на работу или необоснованным увольнением беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет. Возникает вопрос: что понимать под словом «необоснованное»? Трактовки данного понятия различны. Одни исследователи полагают, что необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение присутствует в случае нарушения норм ТК РФ . Другие утверждают, что необоснованным в контексте рассматриваемой нормы следует считать отказ в приеме на работу или увольнение, которые не связаны с объективно существующими и предусмотренными законодательством препятствиями для приема на работу или продолжения работы беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет . Однако указанные трактовки довольно расплывчаты и не позволяют в полной мере раскрыть содержание анализируемого термина.
———————————
Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Указ. соч. С. 115.
Полный курс уголовного права. Т. II. С. 607.

Беременная женщина может быть уволена или не принята на работу с соблюдением всех требований ТК РФ. Отказ в приеме на работу или увольнение работодатель может обосновать воздействием неблагоприятных факторов производства, невозможность перевода на другую работу беременной женщины — отсутствием вакансий либо недостаточной квалификацией. Всегда можно найти основания для законного увольнения, например в связи с совершением аморального поступка или нарушением трудовой дисциплины (п. п. 6, 8 ст. 81, ч. ч. 3, 4 ст. 261 ТК РФ). Так, после того, как женщина сообщила работодателю о своей беременности, начальник предложил ей уволиться по собственному желанию, в противном случае пригрозил уволить за нарушение трудовой дисциплины. Женщина отказалась увольняться и была уволена за прогул, которого не совершала .
———————————
Официальный сайт прокуратуры Астраханской области. URL: http://www.astprok.ru.

Как правило, отказ в приеме на работу выражается в завуалированной форме, «прикрывается» законным поводом. Увольнение «нежелательной» работницы может быть сопряжено с давлением на потерпевшую с целью добиться ее увольнения по собственному желанию. Так, руководство магазина решило уволить девушку-консультанта, когда та сообщила о беременности. Чтобы добиться своего, администрация магазина заявила, что по ее вине уволят всех работников, а торговую точку ликвидируют. Пожалев своих коллег, будущая мама написала заявление об увольнении .
———————————
Официальный сайт Ленинского районного суда Кирова. URL: http://leninsky.kir.sudrf.ru.

Зачастую восстановление нарушенного права в подобных ситуациях возможно только благодаря «проснувшейся» совести работодателя или его страха перед наказанием. Так, прокуратура Ленинского района Челябинска возбудила уголовное дело по заявлению работницы завода Ф. В заявлении Ф. указала, что ее необоснованно уволили. Во время следствия директор завода, где работала женщина, отменил приказ об увольнении и выплатил Ф. зарплату за вынужденный прогул. Женщина в свою очередь подала в прокуратуру заявление с просьбой прекратить уголовное дело. Прокурор дал согласие, так как все нарушения были устранены .
———————————
Официальный сайт прокуратуры Ленинского района Челябинска. URL: http://leninsky.chelproc.ru.

Также могут быть ситуации, когда работодатель в открытой форме отказывает беременной женщине или женщине, имеющей детей в возрасте до трех лет, в приеме на работу, однако потерпевшая просто уходит и впоследствии не может доказать факт необоснованного отказа. В силу ст. 64 ТК РФ лицо, которому отказано в заключении трудового договора, может потребовать от работодателя сообщения причин отказа в письменной форме. Однако на практике это случается редко, большинство даже не знают о наличии у них такого права. Хотя именно этот документ может в дальнейшем использоваться при доказывании необоснованности отказа в приеме на работу.
Следует отметить, что возможна и другая ситуация: женщину могут уволить по общим основаниям, однако она укажет в суде, что трудовой договор был расторгнут по мотиву наличия малолетнего ребенка. Так, решением суда А. была назначена опекуном племянника. Директор магазина, где работала А., за частые опоздания вынес ей выговор, а затем уволил. Причина увольнения — систематическое нарушение трудовой дисциплины. А. обратилась в прокуратуру. Следователь принял ее заявление, однако в возбуждении дела отказал, поскольку причина увольнения заявительницы — опоздания, а не наличие ребенка. В другом случае медсестра П. постоянно нарушала трудовую дисциплину: не являлась на дежурства, опаздывала на работу. За прогулы ей был объявлен выговор. Через три месяца П. не сделала процедуру, назначенную одному из больных. Главный врач отделения издал приказ об увольнении П. за неисполнение функциональных обязанностей. П. обратилась в прокуратуру. В заявлении она написала, что ее нельзя уволить, потому что она беременна (на втором месяце), и что данный факт и послужил истинной причиной увольнения. Следователь отказал в возбуждении уголовного дела, так как медсестра была уволена не по причине беременности (главврач о ней даже не знал), а за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей (п. 5 ст. 81 ТК РФ), что подтверждалось необходимыми документами кадровой службы . Однако в таких случаях априори работодатель выглядит негативно, и решение может быть принято и не в его пользу. Кроме того, многие женщины злоупотребляют своим положением, устраиваясь на работу только в целях получения соответствующих льгот и компенсаций.
———————————
Официальный сайт Следственного комитета РФ.

Также на практике возникают ситуации, когда беременная женщина не исполняет трудовые обязанности или исполняет их ненадлежащим образом, нарушая законные интересы и работодателя, и других лиц (не появляется на работе; работая учителем или воспитателем, применяет методы воспитания, связанные с физическим и (или) психическим насилием над личностью обучающегося, воспитанника и т.п.). Но в свете ст. 261 ТК увольнение в таких случаях тоже считается противоправным и в соответствии с буквой закона работодатель может привлекаться к уголовной ответственности по ст. 145 УК. Представляется, что подобные ситуации не должны рассматриваться в рамках состава преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ. Этот вывод основан на положении ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, на приоритете положений Конституции перед отраслевым законодательством. В связи с изложенным некоторые исследователи обоснованно предлагают расширить перечень оснований расторжения трудового договора с беременной женщиной во избежание указанных ситуаций .
———————————
См., например: Качина Н.В. Необоснованность как признак состава преступления, предусмотренного ст. 145 УК РФ // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Сб. материалов междунар. науч.-практ. конф. Красноярск, 2007. С. 146.

На наш взгляд, решением проблемы может быть более четкое определение понятия «необоснованность». Так, в толковом словаре она трактуется как неподтвержденность фактами, серьезными доводами, неубедительность . В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» необоснованность — это оценочный признак, содержание которого составляет несоответствие принятого решения деловым качествам работника, руководство иными мотивами (мотивы, связанные с беременностью или наличием детей). В то же время подчеркивается, что «заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя»; а также что, «поскольку действующее законодательство содержит лишь примерный перечень причин, по которым работодатель не вправе отказать в приеме на работу лицу, ищущему работу, вопрос о том, имела ли место дискриминация при отказе в заключении трудового договора, решается судом при рассмотрении конкретного дела». «Если судом будет установлено, что работодатель отказал в приеме на работу по обстоятельствам, связанным с деловыми качествами данного работника, такой отказ является обоснованным. Под деловыми качествами работника следует, в частности, понимать способности физического лица выполнять определенную трудовую функцию с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств (например, наличие определенной профессии, специальности, квалификации), личностных качеств работника (например, состояние здоровья, наличие определенного уровня образования, опыт работы по данной специальности, в данной отрасли). Кроме того, работодатель вправе предъявить к лицу, претендующему на вакантную должность или работу, и иные требования, обязательные для заключения трудового договора в силу прямого предписания федерального закона либо которые необходимы в дополнение к типовым или типичным профессионально-квалификационным требованиям в силу специфики той или иной работы (например, владение одним или несколькими иностранными языками, способность работать на компьютере)» .
———————————
Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 2007. С. 408.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ»; (в ред. Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 28 декабря 2006 г. N 63, от 28 сентября 2010 г. N 22) // Правовая система «Референт».

Таким образом, необоснованность в контексте анализируемого состава преступления следует рассматривать как отсутствие законных и фактических оснований, серьезных убедительных доводов, подтверждающих фактов. В любом случае необходимо документальное подтверждение конкретного решения, в частности письменный мотивированный отказ в приеме на работу, на основании которого можно установить соответствие либо несоответствие указанных причин действительности.
Кроме того, недостатки регламентации объективных признаков состава ст. 145 УК РФ влекут сложности отграничения данного преступного деяния от смежных преступлений и правонарушений. Так, ст. 64 ТК РФ закрепляет запрет отказа в заключении трудового договора с женщинами по мотивам, связанным с беременностью или наличием детей. Статья 261 ТК РФ предусматривает ограничения расторжения трудового договора с беременными женщинами и женщинами, имеющими детей. Решения, нарушающие означенные нормы, могут быть обжалованы в суд (в гражданско-правовом порядке). Четкой границы между нарушением норм трудового и уголовно-правового законодательства в данном случае нет. По сути, виновные лица при таком подходе несут и гражданско-правовую, и уголовную ответственность. Причем это не взаимосвязанные категории, как, например, возмещение вреда, причиненного преступлением, в гражданско-правовом порядке, а самостоятельные виды ответственности. В анализируемом деянии разграничительных критериев по виду ответственности нет. На практике отказ в приеме на работу и увольнение могут быть квалифицированы в качестве дисциплинарного проступка. Так, жительнице Перми незаконно отказали в приеме на работу. На бланке заявления руководитель указала: «Беременные женщины не нужны». Это разъяснение было заверено подписью и печатью. Однако нарушителей привлекли только к дисциплинарной ответственности . Возникает вопрос: оправдан ли существующий подход законодателя к регламентации уголовной ответственности за необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение лиц соответствующей категории? Представляется целесообразным установление в рамках закона разграничительных критериев, обусловленных характером, степенью опасности деяния, на основе которых возможно установить различие между преступлением и правонарушением и соответственно применить к виновному лицу надлежащую по виду и размеру ответственность.
———————————
Официальный сайт прокуратуры Пермского края. URL: http://prokuror.perm.ru.

Норма, предусмотренная ст. 145 УК РФ, направлена на дополнительное обеспечение реализации принципа равноправия граждан. Наряду с этим, в соответствии со ст. 136 УК РФ ответственность за дискриминацию устанавливается, в частности, за нарушение прав, свобод и законных интересов гражданина в зависимости от его пола, принадлежности к каким-либо социальным группам. Одну из таких групп образуют беременные женщины и женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет, как нуждающиеся в особой социальной защите. Таким образом, ст. 145 УК РФ приобрела характер специальной нормы по отношению к ст. 136 УК РФ. Сравнительный анализ показывает, что специальная норма всегда более конкретна, предусматривает ответственность за определенную разновидность общего состава преступного поведения на основе учета обособленных факторов, влияющих на степень общественной опасности содеянного и пределы ответственности виновного лица. Подобные разграничительные признаки в ст. 145 УК РФ отсутствуют. Законодатель, по сути, просто вычленил одну из групп потерпевших из ст. 136 УК. При этом если исходить из того, что такое решение обусловлено необходимостью более серьезной защиты обозначенной категории лиц, непонятен подход к установлению ответственности за анализируемое преступление (существенно ниже, чем по общей норме). Таким образом, специальная норма в данном случае не обеспечивает надлежащего уровня защиты, например отказ в приеме на работу женщине просто по мотиву пола повлечет для виновного более тяжкие последствия, чем совершение подобного деяния по мотивам, связанным с беременностью или наличием детей.
Определенные трудности на практике возникают в связи с разграничением ст. 145 УК РФ и ст. 5.27 КоАП РФ (нарушение законодательства о труде и об охране труда). Законодатель не дает четкого разграничения этих двух норм. Поскольку содержание ст. 145 УК РФ обусловлено как раз нормами ТК РФ об охране труда лиц рассматриваемой категории, а доказать обусловленность действий работодателя беременностью или наличием детей на практике весьма сложно (что подчеркивается многими исследователями) , на виновное лицо может быть наложено административное взыскание по ст. 5.27 КоАП РФ. Так, женщина обратилась в прокуратуру с жалобой на незаконное увольнение и нарушение требований трудового законодательства. Установлено, что на момент издания приказа об увольнении она находилась в состоянии беременности (что и послужило основанием увольнения). Кроме того, работодатель не уведомил сотрудницу в предусмотренные законом сроки о расторжении трудового договора. По результатам проверки возбуждено дело об административном правонарушении по ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ . В то же время на практике есть примеры привлечения виновного лица одновременно и к административной, и к уголовной ответственности. Так, была уволена женщина, находящаяся на 30-й неделе беременности, причем работодатель публично озвучил, что причиной расторжения трудового договора является беременность работницы. Увольнение было оформлено «по собственному желанию», хотя никаких заявлений женщина не писала. Чтобы придать увольнению видимость легитимности, работодатель даже издал соответствующий приказ. Работодатель был привлечен к ответственности по ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ, оштрафован на 4000 руб. После уплаты штрафа материалы проверки были переданы в следственный отдел СУ СК РФ по Пермскому краю, где возбудили уголовное дело по ст. 145 УК РФ .
———————————
См., например: Комментарий к УК РФ / Под ред. В.В. Мозякова. С. 283; Мачковский Л. Необоснованный отказ в приеме на работу и увольнение беременной женщины и женщины, имеющей малолетних детей // Законность. 2003. N 6. С. 18.
Официальный сайт Московского областного суда. URL: http://www.mosoblsud.ru.
Официальный сайт прокуратуры Пермского края.

Несовершенство регламентации объективных признаков состава, предусмотренного ст. 145 УК РФ, влечет нарушение основополагающих принципов уголовного законодательства; нарушение прав как потерпевших от рассматриваемого преступления, так и виновных. Видится целесообразным изменение диспозиции данной статьи. Предлагается следующая редакция:
«Статья 145. Необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение лиц с семейными обязанностями.
1. Отказ в приеме на работу или увольнение беременной женщины, женщины, воспитывающей ребенка в возрасте до трех лет, одинокой матери, воспитывающей ребенка в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет), иного лица, воспитывающего указанных детей без матери, по обстоятельствам, не связанным с деловыми и профессиональными качествами.»
Предложенная редакция предусматривает более широкий круг потерпевших с учетом содержательных особенностей деяния и соответствующих норм ТК РФ (что также отражено в названии статьи); очерчивает критерии понятия «необоснованность» на основе рекомендаций Пленума Верховного Суда РФ. Кроме того, предложенная трактовка необоснованности позволяет извлечь из сферы действия уголовного закона случаи увольнения лиц указанной категории по основаниям, не предусмотренным ст. 261 ТК РФ, что представляется разумным и целесообразным, обеспечивающим реализацию положений ч. 3 ст. 17 Конституции РФ и пресекающим злоупотребления со стороны означенных лиц. Разумеется, в силу специфики анализируемого состава преступления полностью нивелировать рассмотренные в пределах данной статьи проблемы толкования и применения ст. 145 УК РФ вряд ли удастся, однако необходимо работать над минимизацией существующих сложностей, чтобы конкретная норма отвечала целям своего создания и обоснованно реализовывалась на практике.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:

Вернуться на предыдущую страницу

Ст 145 ук рф судебная практика

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Ульяновск 07 мая 2015 года

Президиум Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Шибковой И.В.,

членов президиума Болбиной Л.В., Гвоздкова Ю.Ю., Ермохиной Т.Н., Королёвой А.В.,

при секретаре Колчиной М.В.

рассмотрел материалы уголовного дела по кассационной жалобе осужденного Юдина С.Н на приговор мирового судьи судебного участка № 1 Барышского района Барышского судебного района Ульяновской области от 02 октября 2014 года и апелляционное постановление Барышского городского суда Ульяновской области от 26 ноября 2014 года.

ЮДИН С*** Н*** несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 145.1 УК РФ к штрафу в размере 200 000 рублей в доход государства.

Постановлено взыскать с Юдина С.Н. в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 2 940 рублей.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Апелляционным постановлением Барышского городского суда Ульяновской области от 26 ноября 2014 года этот приговор в отношении Юдина С.Н. оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Ульяновского областного суда Морозовой Л.В., изложившей обстоятельства дела, содержание приговора и апелляционного постановления, доводы кассационной жалобы, послужившие основанием для ее передачи для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, выступление прокурора Латыпова Ф.С., поддержавшего жалобу, президиум

У С Т А Н О В И Л:

Юдин С.Н. признан виновным в том, что, являясь ***, из корыстной и иной личной заинтересованности полностью не выплачивал свыше двух месяцев заработную плату 69 работникам с 01.05.2013 по 31.08.2013 года.

В кассационной жалобе осужденный Юдин С.Н. считает судебные решения незаконными. Отрицая вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 145.1 УК РФ, ввиду отсутствия корыстной и иной личной заинтересованности, указывает, что реальной возможности выплатить заработную плату работникам в период с 01.05.2013 по 31.08.2013 у него не было. Финансовые трудности предприятия и временная невыплата заработной платы работникам были обусловлены изменением порядка оплаты и переходом населения на оплату коммунальных платежей по теплоснабжению с 1/12 на 1/7 на основании Постановления Правительства РФ от 06.05.2011 № 354, в связи с чем исключался источник финансирования в летний период времени, и другими объективными обстоятельствами.

Считает, что имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку обвинение не содержит указания на конкретные сроки выплаты заработной платы потерпевшим и не конкретизировано, в чем выразилась его корыстная и иная личная заинтересованность в невыплате заработной платы. При этом обращает внимание на то, что преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 145.1 УК РФ, считается оконченным по истечении двух месяцев с момента невыплаты заработной платы. Без указания конкретной даты выплаты заработной платы невозможно установить, когда истекли два месяца невыплаты заработной платы. Отсутствие в обвинении указания конкретного срока выплаты заработной платы лишало его права на надлежащую защиту, а суд возможности проверить обоснованность обвинения и постановить законный и обоснованный приговор.

Диспозиция ч.2 ст. 145.1 УК РФ предусматривает ответственность за полную невыплату заработной платы, однако у 40 потерпевших задолженность составляла от 105 руб. 58 коп. до 3770 руб.91 коп.

Обращает внимание на то, что задолженность по заработной плате погашена в сентябре 2013 года, то есть до возбуждения уголовного дела, которое возбуждено в феврале 2014 года. Несмотря на то, что все потерпевшие просили прекратить производство по уголовному делу в связи с примирением, суды достаточным образом не обсудили этот вопрос, не учли положения Постановления Пленума Верховного суда РФ от 27 июня 2013 года «О практике применения судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности».

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум находит апелляционное постановление подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора.

Согласно ст. 389.28 УПК РФ в апелляционном определении, постановлении указываются краткое изложение содержания решения суда первой инстанции; мотивы принятого решения, а также основания, по которым приговор признается законным, обоснованным и справедливым, а жалоба или представление – не подлежащими удовлетворению.

В Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 27 ноября 2012 года № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» обращено внимание судов на необходимость выполнения требований статей 389.28-389.32 УПК РФ о содержании апелляционных приговора, определения, постановления. Решение суда об оставлении приговора, определения, постановления без изменения, а жалобы или представления без удовлетворения должно быть мотивированным.

Отклоняя представление или жалобу, суд апелляционной инстанции должен привести в определении (постановлении) обоснованные и убедительные доводы, опровергнуть доводы, содержащиеся в жалобе или представлении, привести в определении (постановлении) доказательства, в силу которых эти доводы признаны неправильными или несущественными.

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 12 ноября 2008 года № 1030-О-О, не допускается отказ суда от рассмотрения и оценки всех доводов жалоб участников уголовного судопроизводства, а также от мотивировки решений путем указания на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности основания, по которым эти доводы отвергаются; иное создало бы преимущества для стороны обвинения, исказило бы содержание ее обязанности по доказыванию обвинения и опровержению сомнений в виновности лица, позволяя игнорировать данные, подтверждающие эти сомнения.

Невыполнение указанных требований влечет ограничение прав участников уголовного судопроизводства, что расценивается как существенное нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее отмену судебного решения.

Эти требования уголовно-процессуального закона судом апелляционной инстанции по данному уголовному делу не выполнены.

В апелляционной жалобе осужденный Юдин С.Н., не согласившись с приговором мирового судьи, указал, что приговор является незаконным, необоснованным, и привел доводы, которые аналогичны доводам, изложенным в его кассационной жалобе.

В нарушение требований ст. 389.28 УПК РФ судом апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы Юдина С.Н. не были надлежащим образом рассмотрены и убедительно не опровергнуты.

Так, ч. 2 ст. 145. 1 УК РФ предусматривает ответственность за полную невыплату свыше двух месяцев заработной платы, совершенную из корыстной или иной личной заинтересованности руководителем организации. Преступление считается оконченным по истечении двух месяцев после даты необходимых выплат заработной платы.

Согласно положению об оплате труда и стимулированию по *** заработная плата выплачивается 2 раза в месяц: 20-25 числа – аванс, 10 -15 числа следующего месяца – окончательный расчет. Указание сроков выплаты зарплаты имеет значение для установления периода ее невыплаты и влечет определение даты окончания преступления. Суд апелляционной инстанции не проверил доводы жалобы относительно сроков невыплаты заработной платы по каждому потерпевшему за каждый месяц и не определил дату окончания преступления, как того требует диспозиция ч. 2 ст. 145.1 УК РФ.

В соответствии со ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Из материалов уголовного дела и показаний 40 потерпевших следует, что им не была выплачена лишь премия за апрель 2013 года.

Также, из бухгалтерских документов следует, что 06, 20, 21, 28 мая 2013 года производились выплаты заработной платы в виде аванса за май 2013 года ряду потерпевших.

Суд апелляционной инстанции не проверил и не дал оценки этим доказательствам, что свидетельствует о допущенном по уголовному делу нарушении уголовно-процессуального закона.

При таких обстоятельствах апелляционное постановление нельзя признать законным, в связи с чем оно подлежит отмене, а уголовное дело – направлению на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении уголовного дела суду апелляционной инстанции необходимо устранить допущенные нарушения, тщательно проверить доводы апелляционной жалобы осужденного и принять по делу решение в строгом соответствии с требованиями закона.

На основании изложенного, руководствуясь требованиями статей 401.14, 401.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Ульяновского областного суда

П О С Т А Н О В И Л:

Апелляционное постановление Барышского городского суда Ульяновской области от 26 ноября 2014 года в отношении Юдина С*** Н*** отменить и передать уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Ст 145 ук рф судебная практика

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Leader=00499cqz 2200109 4500
001=000000000000000JurPortal00000000
005=20030626201721.0
245=10$aСуд необоснованно применил ст. 69 УК РФ вместо ст. 40 УК РСФСР :$bПостановление Президиума Санкт-Петербургского городского суда от 19 апреля 1997 г.
260=1_$aСПб.,$c1997
653=__$aсудебная практика$aуголовные дела$aпересмотр судебных решений$aприговор
710=2_$aСанкт-Петербургский городской суд.
900=__$aЮридическая практика. — 1997. — № 2. — С. 21 — 21. Материал(ы):

    Суд необоснованно применил ст. 69 УК РФ вместо ст. 40 УК РСФСР.

Судебная практика по уголовным делам

Постановлением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 3 февраля 1997 г. приговор Фрунзенского районного суда Санкт-Пе­тербурга от 20 ноября 1995 г. в отношении Марченко изменен: его дей­ствия переквалифицированы с ч. 2 ст. 145 УК РСФСР (в редакции За­кона от 1 июля 1994 г.) на ч. 2 ст. 161 УК РФ, с ч. 1 ст. 146 УК РСФСР (в редакции Закона от 1 июля 1994 г.) на ч. 1 ст. 162 УК РФ.

Квалификация действий Марченко по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР (в ре­дакции ПВС РСФСР от 3 декабря 1982 г.) оставлена без изменений. Марченко назначено наказание по ч. 2 ст. 161 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 4 года без штрафа; по ч. 1 ст. 162 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 5 лет с конфискацией имущества; по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР (в редакции Указа ПВС РСФСР от 3 декабря 1982 г.) в виде лишения свободы сроком на 6 лет с конфискацией имущества.

На основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем ча­стичного сложения наказаний окончательно назначено Марченко нака­зание в виде лишения свободы сроком на 9 лет с конфискацией иму­щества без штрафа и с отбыванием наказания в исправительно-трудо­вой колонии общего режима.

В протесте прокурора был поставлен вопрос об изменении поста­новления в связи с неправильным применением уголовного закона.

18 апреля1997 г., проверив материалы дела и обсудив доводы про­теста, Президиум Санкт-Петербургского городского суда указал следу­ющее.

Приговором суда Марченко признан виновным в том, что по предва­рительному сговору с группой лиц повторно, с насилием, не опасным для жизни и здоровья потерпевших, в период с 22 апреля 1994 г. по 17 июля 1994 г. совершал открытые хищения личного имущества граж­дан, причинив потерпевшим значительный ущерб. Он же признан ви­новным в том, что по предварительному сговору с группой лиц повтор­но в период с 18 июля 1994 г. по 8 августа 1994 г. совершал открытые хищения чужого имущества с насилием, не опасным для жизни и здо­ровья потерпевших. Кроме того, Марченко признан виновным в том, что в конце июля 1994 г. он совершил нападение с целью хищения чу­жого имущества с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпев­шей.

Действия Марченко были квалифицированы судом по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР (в редакции Указа ПВС РСФСР от 3 декабря 1982 г.), по ч. 2 ст. 146 УК РСФСР (в редакции Закона от 1 июля 1994 г.), по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР (в редакции Закона от 1 июля 1994 г.).

Изменяя приговор в отношении Марченко в соответствии со ст. 10 УК РФ, суд в постановлении допустил ошибку, не указав, по каким пун­ктам ч. 2 ст. 161 УК РФ должны быть квалифицированы действия Мар­ченко, а также необоснованно применил ст. 69 УК РФ вместо ст. 40 УК РСФСР, назначая Марченко окончательное наказание по совокупности преступлений, поскольку в соответствии со ст. 10 УК РФ уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий, наказа­ние или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

В соответствии со ст. 40 УК РСФСР суд окончательно определяет наказание по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим либо путем полного или частичного сложения назначенных наказаний в пределах, установленных статьей, предусматривающей более строгое наказание. В соответствии же со ст. 69 УК РФ, если преступления, совершенные по совокупности, явля­ются преступлениями средней тяжести, тяжкими или особо тяжкими преступлениями, то окончательное наказание назначается путем час­тичного или полного сложения наказаний. При этом окончательное на­казание в виде лишения свободы не может быть более двадцати пяти лет.

Таким образом, окончательное наказание Марченко должно быть назначено по совокупности преступлений в пределах, установленных ч. 1 ст. 162 УК РФ, предусматривающей более строгое наказание, т. е. не более 8 лет лишения свободы. На основании изложенного и руко­водствуясь ст. 378 УПК РСФСР, Президиум постановил:

Постановление Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 3 февраля 1997 г. изменить: считать Марченко осужденным по ч. 2 ст. 145 (в редакции Указа ПВС РСФСР от 3 декабря 1982 г.), по п. «а», «б», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, по ч. 1 ст. 162 УК РФ и смягчить ему наказа­ние по совокупности преступлений в соответствии со ст. 40 УК РСФСР до 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, без штрафа. В остальной части постановление оставить без изменения.

Источник информации:
Юридическая практика. — 1997. — № 2. — С. 21 — 21.