Воздушное судно как источник повышенной опасности

К вопросу о соотношении понятий «источник повышенной опасности» и «деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих» (Соломина Н.Г.)

Дата размещения статьи: 15.07.2016

Проблема соотношения понятий «источник повышенной опасности» и «деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих» — это проблема не терминологии, а права. От ее решения в конечном счете зависят пределы применения норм ст. 1079 ГК РФ, а точнее, тот перечень конкретных ситуаций, которые подлежат квалификации в качестве специального деликта, каким является причинение вреда деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.
Так, например, отнесение к источнику повышенной опасности строительной деятельности в широком ее значении (то есть независимо от ее содержания, наличия тех или иных строительных инструментов, механизмов, материалов и т.д.) позволит квалифицировать в качестве данного специального деликта причинение вреда независимо от того, был ли он причинен механизмами трактора или отлетевшей от молотка ударной части. В то же время ограниченное понимание строительной деятельности только как деятельности, связанной с использованием механизмов или тяжелых, массивных материалов, выведет за рамки данного деликта все случаи причинения вреда в результате использования простых (несложных) строительных инструментов (например, молотка, топора, лопаты) или легких, незначительных по объему строительных материалов (например, одного кирпича, ведра цемента). Иное понимание строительной деятельности, например, как системы сложных, механизированных действий приведет к тому, что за пределами данного деликта окажутся случаи падения человека в вырытую на стройке траншею для прокладки кабеля.
Понимание источника повышенной опасности как деятельности, содержание которой сводится к системе повторяющихся действий, связанных между собой функциональной направленностью, исключит из сферы действия ст. 1079 ГК РФ все случаи причинения вреда в результате однократного действия, пусть даже сложным механизмом, таким, как автомобиль, находящийся в собственности гражданина для удовлетворения его потребностей в передвижении. Напротив, понимание источника повышенной опасности исключительно как объекта материального мира сделает безразличным для ст. 1079 ГК РФ деятельность или действия, предметом которых выступают данные материальные объекты. Кроме того, подобный подход потребует определения сущностных характеристик таких объектов материального мира, что возможно, например, посредством установления каких-либо их качественных и количественных свойств, что в конечном счете выведет за сферу причинения вреда источником повышенной опасности причинение вреда животными, например собаками бойцовских пород.
Немаловажное значение для соотношения понятий «источник повышенной опасности» и «деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих» приобретает и то: понимается ли такая деятельность как деятельность, связанная с использованием объектов материального мира, или речь идет о деятельности граждан и юридических лиц? От решения данного вопроса зависит и другой вопрос: кто или что причиняет вред?
Вышеизложенное подтверждает важность определения существа исследуемого правового явления. Однако, как бы то ни было, решение вопроса о существе источника повышенной опасности должно исключать неоднозначность в понимании соответствующего правового явления, когда любой предложенный в правовой доктрине общий подход предполагает еще и отдельные исключения, не подпадающие под квалифицирующие признаки понятия .
———————————
См.: Камышанский В.П. Некоторые проблемы интеграции юридической науки и законотворческого процесса // Власть закона. 2012. N 2. С. 10.

При определении содержания понятия «источник повышенной опасности» возникает вопрос о том: насколько широк перечень тех видов деятельности, осуществление которых может повлечь причинение вреда, подпадающего под действие ст. 1079 ГК РФ? Дело в том, что действующее законодательство использует термин «источник повышенной опасности» не только в сфере гражданского права. Данный термин встречается также в Уголовном кодексе РФ , в частности, в ст. 168 — уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере, совершенные путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности; в ст. 261 — уничтожение и повреждение лесных насаждений или иных насаждений в результате неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности; в ст. 349 — нарушение правил обращения с оружием, боеприпасами, радиоактивными материалами, взрывчатыми или иными веществами и предметами, представляющими повышенную опасность для окружающих.
———————————
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ // СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.

В законодательстве РФ о психиатрической помощи имеет место норма, устанавливающая основания ограничения выполнения отдельных видов профессиональной деятельности и деятельности, связанной с источником повышенной опасности, лицами, признанными непригодными вследствие психического расстройства . Перечень медицинских психиатрических противопоказаний для осуществления деятельности, связанной с источником, повышенной опасности, утвержден Правительством Российской Федерации от 28.04.1993 N 377, согласно которому к видам профессиональной деятельности в условиях повышенной опасности отнесены, например: работы на высоте, работы верхолазные и связанные с подъемом на высоту, а также работы по обслуживанию подъемных сооружений; работы в государственной лесной охране, по валке, сплаву, транспортировке и первичной обработке леса; работы в нефтяной и газовой промышленности, в том числе вахтовым методом, в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, пустынных и других отдаленных и недостаточно обжитых районах, а также при морском бурении; все виды подземных работ; работы на гидрометеорологических станциях, сооружениях связи, расположенных в пустынных, таежных и других отдаленных и недостаточно обжитых районах; работа по организованному набору и общественному призыву в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях и т.д.
———————————
Статья 6 Закона РФ от 02.07.1992 N 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. N 33. Ст. 1913.

Помимо терминов «источник повышенной опасности» и «повышенная опасность» действующее законодательство использует и другие термины (например, «опасные производственные объекты», «опасность заражения»), содержательное наполнение которых зависит от отраслевой принадлежности тех норм, в которых соответствующие понятия используются. Однако это вовсе не говорит о том, что перечень источников повышенной опасности, а равно видов деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих, в общем виде обозначенных в ст. 1079 ГК РФ, следует искать в содержании всего действующего не только гражданского, но и экологического, градостроительного, административного, уголовного законодательства. Понятие «источник повышенной опасности» для целей главы 59 ГК РФ является гражданско-правовым. А значит, его содержание должно раскрываться через характеристики, способные раскрыть существо гражданско-правового явления и отличить его от других явлений, в том числе и правовых.
В этой связи вызывает возражение определение существа источника повышенной опасности, а равно деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих, посредством обращения к нормативным актам иной отраслевой принадлежности, отличной от гражданского права. Так, например, для этих целей предлагают руководствоваться Федеральным законом от 21 июля 1997 г. «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» и его неотъемлемыми частями (приложениями N 1 и 2) с тем, чтобы установить количественные параметры деятельности, подпадающей под признаки ст. 1079 ГК РФ . В данном нормативном акте перечисляются категории опасных объектов, на которых, в частности, получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются опасные вещества, а именно: воспламеняющиеся, окисляющие, горючие, взрывчатые, токсичные, высокотоксичные вещества и вещества, представляющие опасность для окружающей среды. В этом же Законе устанавливаются критерии отнесения тех или иных объектов к опасным, а также произведена классификация опасных производственных объектов. По мнению С.К. Шишкина, именно данный нормативный документ может являться руководством для судов при квалификации ситуаций, связанных с причинением вреда . Насколько обоснованно такое предложение?
———————————
Федеральный закон от 21.07.1997 N 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» // Собрание законодательства РФ. 1997. N 30. Ст. 3588.
Шишкин С.К. Источник повышенной опасности и его виды // Российская юстиция. 2002. N 12.
Шишкин С.К. Источник повышенной опасности и его виды // Российская юстиция. 2002. N 12.

Названный Закон имеет четкую предметную ориентацию: он определяет правовые, экономические и социальные основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов и направлен на предупреждение аварий на опасных производственных объектах и обеспечение готовности эксплуатирующих опасные производственные объекты юридических лиц и индивидуальных предпринимателей к локализации и ликвидации последствий указанных аварий. Данная предметная ориентация не составляет предмета регулирования гражданского законодательства, что исключает возможность напрямую руководствоваться этим Законом при определении существа деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих, но в то же время не исключает возможности включения в число видов повышенно опасной деятельности и таких, которые определены данным Законом. Это означает, что квалифицирующие признаки видов деятельности, которые связаны с опасными производственными объектами и чей правовой режим установлен специальным законом, могут использоваться для определения видов деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих. Иначе говоря, перечень тех видов деятельности, которые подпадают под действие ст. 1079 ГК РФ, не может быть ограничен квалифицирующими признаками видов деятельности, связанных с опасными производственными объектами.
В противном случае, если признать точку зрения С.К. Шишкина достоверной, из сферы действия ст. 1079 ГК РФ будут выведены, например, случаи причинения вреда объектами электросетевого хозяйства (поскольку данные объекты Закон «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» исключил из числа опасных производственных объектов). Более того, учитывая тот факт, что опасные производственные объекты подлежат регистрации в государственном реестре (ст. 2 ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»), доказательством установления факта причинения вреда источником повышенной опасности выступала бы, помимо всего прочего, необходимость предъявления выписки из реестра опасных производственных объектов.
Изложенное подтверждает тезис о том, что нельзя без должной степени осмотрительности, игнорируя предметные отраслевые особенности и руководствуясь порой только схожей терминологической составляющей, вводить в содержание гражданско-правового института понятия, заимствованные из иных отраслей права. Любое понятие, относящееся к иной, отличной от гражданского отрасли права, применимо в цивилистической сфере при наличии двух условий: во-первых, должна иметь место действительная потребность в обращении к данному понятию; во-вторых, это понятие должно быть полностью адаптировано к гражданскому праву. При этом данный механизм восполнения правовой регламентации, в нашем случае отношений, возникающих вследствие причинения вреда источником повышенной опасности, не является примером аналогии закона (поскольку отсутствует признак сходных отношений, предусмотренный п. 1 ст. 6 ГК РФ).
Использование схожей терминологии в нормативных актах различной отраслевой принадлежности оказало влияние и на ряд правовых исследований. В одних из них, например, имеющих уголовно-правовую направленность, при выявлении существа правовой категории «источник повышенной опасности» (статьи 168, 261 УК РФ) руководствуются положениями чужеродной правовой науки, какой является гражданское право по отношению к уголовному . В других — сфера действия института возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, распространяется на весьма широкий круг общественных отношений, в частности, связанных с причинением вреда имущественной сфере (а не имуществу) или окружающей среде .
———————————
Так, например, М.С. Гринберг под техническим преступлением понимает «общественно опасное, предусмотренное уголовным законодательством неиспользование либо недостаточное или неправильное использование наличных возможностей охранительной техники в сфере применения технических устройств — источников повышенной опасности, выводящее эти устройства из-под контроля человека и влекущее применение наказания или предусмотренных уголовным законом мер общественного воздействия». См.: Гринберг М.С. Понятие и система технических преступлений // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2009. N 4(21). С. 187.
Несмотря на то что термин «источник повышенной опасности» в уголовном праве имеет свое смысловое наполнение, которое в какой-то степени совпадает с содержанием одноименного гражданско-правового понятия, несомненно одно — источник повышенной опасности как уголовно-правовая категория имеет свои признаки, позволяющие отличить ее от категории «источник повышенной опасности» в гражданском праве. Это подтверждается и практикой высших судебных органов. Так, в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 14 от 5 июня 2002 г. «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» содержится разъяснение следующего рода: «Неосторожное обращение с огнем или иными источниками повышенной опасности в смысле части второй ст. 168 и части первой ст. 261 УК РФ может, в частности, заключаться в ненадлежащем обращении с источниками воспламенения вблизи горючих материалов, в эксплуатации технических устройств с неустраненными дефектами (например, использование в лесу трактора без искрогасителя, оставление без присмотра непогашенных печей, костров либо невыключенных электроприборов, газовых горелок и т.п.)» (СПС «Гарант»).
Отождествление М.С. Гринбергом разных понятий уголовного и гражданского права, но обозначенных законодателем одним термином, привело еще к одной существенной ошибке. Он выдал различия повышенной ответственности по гражданскому и уголовному законодательству за одно и то же правонарушение — причинение вреда источником повышенной опасности. Однако в уголовном праве ответственность возлагается на правонарушителя, совершившего преступление, а в гражданском праве ответственность выступает следствием гражданско-правового проступка. Учитывая, что каждый вид правонарушения (в нашем случае речь идет о преступлении и гражданско-правовом проступке) имеет свои особенности, аксиоматичной выглядит следующее утверждение теоретиков-правоведов: «Ответственность не существует «вообще», а проявляется в определенных видах». См.: Теория государства и права: Учебник / Отв. ред. В.Д. Перевалов. 4-е изд., перераб. и доп. М.: Норма; ИНФРА-М, 2013. С. 279.
Например, А.А. Крыжановская распространила действие института причинения вреда источником повышенной опасности на регулятивные (договорные) отношения. Речь, в частности, ведется о причинении вреда сбоем в программах для ЭВМ (источником повышенной опасности) в деятельности, например, аэропорта, что привело к невозможности принять на посадку определенное количество самолетов; телекоммуникационных сетей, когда сбой привел к отключению от сети большого количества абонентов, и т.д. См.: Крыжановская А.А. Использование программ для ЭВМ — деятельность, создающая опасность для окружающих // Журнал российского права. 2004. N 6. С. 78 — 87.
Полагаем, в подобном подходе имеет место ошибка. Убытки, возникшие в сфере хозяйственной деятельности конкретного лица, по своей природе далеки от имущественного внедоговорного вреда. Как убытки клиентов (авиакомпаний, абонентов), так и убытки лиц, использующих программы для ЭВМ в своей хозяйственной деятельности (аэропорты, телекоммуникационные сети), лежат в регулятивной (договорной) сфере, а соответственно, проблемы отнесения убытков на ту или иную сторону обязательственного правоотношения будут решаться по правилам, отличным от правил главы 59 ГК РФ.

Иногда в сферу действия института причинения вреда источником повышенной опасности пытаются подвести и те правонарушения, которые, хотя и схожи по природе с причинением вреда повышенно опасной деятельностью, все-таки имеют свою специфическую особенность. Речь, в частности, идет о причинении вреда окружающей среде. Так, В.В. Абрамов, определив гидротехнические сооружения (ГС) в качестве источника повышенной опасности, пришел к выводу о том, что «собственники ГС и эксплуатирующие организации несут в силу ст. 1079 ГК РФ повышенную (безвиновную) ответственность за вред, причиненный окружающей среде и населению» .
———————————
Абрамов В.В. Проблемы возмещения вреда, причиненного в результате нарушения законодательства о безопасности гидротехнических сооружений // Научно-практический экономико-правовой журнал «Бизнес, менеджмент и право». 2010. N 10. С. 129.

Естественно, что вред, причиненный окружающей среде, подлежит безусловному возмещению. Вместе с тем оснований усматривать в таком возмещении признаки исключительно обязательства, возникающего вследствие причинения вреда источником повышенной опасности, нет . При причинении вреда деятельностью, связанной с повышенной опасностью для окружающих, затрагивается исключительно имущественная сфера конкретного лица либо жизнь и здоровье гражданина, в то время как при причинении вреда окружающей среде затрагиваются интересы общества в целом. Это означает, что требование о возмещении вреда, причиненного имуществу конкретного лица, нетождественно требованию о возмещении вреда окружающей среде, что не исключает возможности одновременного предъявления таких требований как самостоятельных за одно и то же действие, которое с позиции ГК РФ подлежит квалификации в качестве причинения вреда источником повышенной опасности (например, если таким действием причинен вред здоровью конкретного человека), а с позиции Федерального закона «Об охране окружающей среды» подлежит квалификации в качестве нарушения в области охраны окружающей среды (например, выбросы привели к загрязнению озонового слоя атмосферы).
———————————
Схожую точку зрения высказывал В.А. Тархов. См.: Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов: Издательство Саратовского университета, 1973. С. 366. Отдельными авторами подход В.А. Тархова интерпретируется иначе, как допускающий квалификацию причинения вреда окружающей среде в качестве причинения вреда источником повышенной опасности. Так, в одном из учебников по гражданскому праву со ссылкой на В.А. Тархова указано: «В юридической литературе обоснована, но пока не воспринята правоприменительной практикой необходимость признания источником повышенной опасности деятельности предприятий, связанной с загрязнением окружающей среды». См.: Гражданское право: В 4 т. Т. 4: Обязательственное право: Учебник / Под ред. Е.А. Суханова. М.: Волтерс Клувер, 2008. http//lawcanal (дата обращения: 15.04.2014).
Федеральный закон от 10.01.2002 N 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» // СЗ РФ. 2002. N 2. Ст. 133.

Изложенными вводными аспектами проблематика понятия источника повышенной опасности не исчерпывается. Однако этого достаточно для того, чтобы осознать не только всю сложность исследуемой правовой конструкции, но и необходимость ее оптимизации в условиях действительной реальности.

К вопросу о понятии источника повышенной опасности (Соломин С.К., Соломина Н.Г.)

Дата размещения статьи: 20.06.2015

Существование обязательства по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, обеспечено определенным набором сущностных признаков, позволяющих выделить его в системе деликтных обязательств. Один из таких признаков связан с характеристикой орудия причинения вреда, в качестве которого в генеральном деликте выступает фактический причинитель вреда — субъект гражданского оборота. На него в конечном счете и возлагается обязанность по возмещению вреда.
Понятно, что данный признак не является конститутивным для обязательств из причинения вреда, а выступает общим правилом определения лица, обязанного возместить вред, — правилом, которое в рамках специальных деликтов развивается и уточняется в зависимости от специфики отношений, подпадающих под их действие. Например, в случае причинения вреда работником юридического лица обязанность по его возмещению возлагается на юридическое лицо, несмотря на то что фактически вред был причинен лицом физическим — работником этого юридического лица. При причинении вреда малолетним (неделиктоспособным) вред возмещается его законным представителем. Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на законного представителя и в том случае, когда несовершеннолетний в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет (деликтоспособный) не имеет доходов или иного имущества, достаточного для возмещения причиненного им вреда. В подобных ситуациях вред возмещается лицами, которые его не причиняли, но по тем или иным причинам обязаны его возместить.
Закон предусматривает и такие случаи, когда специфика обязательства по возмещению вреда связана с указанием не на субъект, на которого могла быть возложена обязанность по возмещению вреда, фактически причиненного другим лицом, а на источник возмещения. Так происходит при причинении вреда государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами, незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Здесь вред может возмещаться за счет казны Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования.
Из приведенных примеров видно, что источник возмещения вреда не связан с лицом, фактически причинившим вред. Однако эти специальные деликты объединяет то, что основанием возникновения охранительного обязательства выступает поведение конкретного лица (или лиц), которое с позиции закона считается правонарушением либо поведением, достаточным для возникновения соответствующего охранительного правоотношения.
Специфика еще одного специального деликта — института причинения вреда источником повышенной опасности — проявляется как в части субъекта, обязанного возместить вред (в качестве такового выступает владелец источника повышенной опасности), так и в части орудия причинения вреда (непосредственно источника повышенной опасности). Эти особенности влияют на основание возникновения обязательства по возмещению вреда, причиненного деятельностью, связанной с повышенной опасностью для окружающих. В данном случае нет фактического причинителя вреда: вред причиняется не субъектом, а источником повышенной опасности. Иначе говоря, по общему правилу ни характеристика лица (владельца источника повышенной опасности), ни характеристика его поведения не имеют значения для возникновения данного обязательства. Значение приобретает только сам источник повышенной опасности, который способен причинить вред. Соответственно, наличие вреда и есть основание возникновения обязательства по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности (деятельностью, связанной с повышенной опасностью для окружающих).
Для ответа на вопрос о том, что является источником повышенной опасности, определимся с отправными аксиоматичными положениями.
Во-первых, мы исходим из того, что источник повышенной опасности существует как правовое явление, следовательно, ему необходимо дать оценку с точки зрения гражданского права.
Во-вторых, источником повышенной опасности не могут выступать предметы материального мира, поскольку гражданское право воздействует исключительно на поведение субъектов гражданского оборота.
В-третьих, понятие «источник повышенной опасности» для цели ст. 1079 Гражданского кодекса (ГК) РФ является гражданско-правовым, что исключает возможность его интерпретации как общего или межотраслевого лишь по той причине, что соответствующий термин встречается также в нормах Уголовного кодекса РФ.
В-пятых, термин «вредоносность» не может характеризовать свойства предметов материального мира, свойства действия или деятельности. Вредоносными являются последствия проявления свойств предметов, действий или деятельности.
В-шестых, термины «деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих», «деятельность, связанная с повышенной опасностью для окружающих», «источник повышенной опасности» в контексте п. 1 ст. 1079 ГК РФ имеют одинаковое смысловое наполнение. Иначе говоря, мы исходим из тождества этих терминов.
Судебная практика последовательно проводит идею о том, что источник повышенной опасности — это деятельность.
Несмотря на то что с позиции разъяснений высших судебных органов существо этой деятельности выглядит весьма сомнительно, эти же судебные органы указывают на то, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом либо его действия, либо проявления его вредоносных свойств (абз. 4 п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ; далее — Постановление N 1).
———————————
См.: Бюллетень ВС РФ. 2010. N 3.

Обратимся к наиболее частому в судебной практике примеру действия источника повышенной опасности — движению автомобиля. Если движение есть пример действия, то непосредственно автомобиль должен быть источником повышенной опасности. Однако автомобиль является не деятельностью, а объектом гражданских прав. Вероятнее всего, источником повышенной опасности будет не сам автомобиль, а его эксплуатация . А значит, действием такого источника будет движение эксплуатируемого автомобиля, которое может быть обусловлено как движением работающего автомобиля, находящегося под управлением водителя, так и его самопроизвольным движением.
———————————
Вообще, термин «эксплуатация» использовался представителями всех концепций источника повышенной опасности, в том числе в судебной практике для характеристики лица, выступающего в качестве владельца источника повышенной опасности. Согласно Постановлениям 1986 и 1994 гг. «под владельцем источника повышенной опасности следует понимать организацию или гражданина, осуществляющих эксплуатацию (выделено нами. — С.С., Н.С.) источника повышенной опасности. «. Подробнее см.: Постановление Пленума ВС СССР от 05.09.1986 N 13 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» // Сборник постановлений Пленума ВС СССР (1924 — 1986). М., 1987; Постановление Пленума ВС РФ от 28.04.1994 N 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» // Бюллетень ВС РФ. 1994. N 7. Естественно, что нельзя осуществлять эксплуатацию деятельности (а ведь высшая судебная инстанция вела речь именно о том, что источник повышенной опасности — это деятельность), но можно осуществлять эксплуатацию вещей, будь то автомобиль, предприятие и т.п.

Считается, что вред проходящему мимо пешеходу, причиненный открываемой пассажиром дверцей стоящего автомобиля, возмещается на общих основаниях . Выходит, что открытие (а равно закрытие) дверей автомобиля не включается в понятие «эксплуатация автомобиля». Отсюда возникает необходимость в уяснении его содержания, поскольку вред может быть причинен не только автомобилем, находящимся в движении, но и выхлопными газами стоящего на месте автомобиля с работающим двигателем. Следует ли в этом случае рассматривать отравление человека выхлопными газами как вред, причиненный эксплуатируемым автомобилем, или перед нами причинение вреда работающим двигателем (механизмом) — источником повышенной опасности, а не эксплуатируемым автомобилем? Может быть, вред причинен продуктом сгорания бензина? Вполне вероятно, что эта ситуация аналогична открываемой двери автомобиля и исключает применение ст. 1079 ГК РФ.
———————————
См.: абз. 4 п. 18 Постановления N 1.

Если во главу угла ставить какие-либо сложные механизмы, то и открываемая пассажиром дверь может быть снабжена различными электрическими доводчиками. Более того, сегодня открытие дверей не всегда сопровождается воздействием мышечной силы человека: некоторые из них открываются и закрываются автоматически, посредством нажатия кнопки. В итоге категория «источник повышенной опасности» приобретает качество оценочной, а квалификация той или иной конкретной ситуации становится зависимой от позиции суда и субъективного мнения судьи, в основу которого могут быть положены как доказательства, представленные сторонами, так и его собственное мнение о том, что является источником повышенной опасности. Что касается признаков источника повышенной опасности, сформулированных в п. 18 Постановления Пленума N 1, то вряд ли они могут восприниматься как объективные: одному судье лежащие на земле грабли кажутся неподконтрольными человеку, а для другого работа химического завода, требующая соблюдения огромного числа нормативов, выступает примером жесткого и всеобъемлющего контроля со стороны человека. Более того, рассмотрение этих признаков по существу показало их недостоверность, что исключает возможность их применения по назначению.
Любое причинение вреда является изъяном нормального течения гражданского оборота. Выражение своей воли с целью причинить вред другому лицу или его имуществу выходит за пределы принципа беспрепятственного осуществления гражданских прав. При регулировании гражданских отношений закон основывается на предположении, что ситуаций, связанных с целенаправленным волевым причинением вреда, не возникнет.
Однако существуют такие сферы жизнедеятельности, в которых вероятность причинения вреда достаточно высока, а само оно не ставится в зависимость от наличия волевого неправомерного поведения других лиц. Напротив, опасность причинения вреда, не связанная с психическим состоянием окружающих лиц, является порождением той обстановки, в которой находится субъект права или его имущество. Субъекты гражданского права, попадая в такую обстановку, исходят из предположения, что им или принадлежащему им имуществу может быть причинен вред. Именно основанная на этом предположении большая степень вероятности причинения вреда исключает из числа орудий его причинения непосредственно субъектов права: государство не может существовать, если каждый из его субъектов будет потенциально опасен. В свою очередь, потенциально опасная обстановка не может сводиться к простой совокупности объектов гражданских прав, в том числе вещей, пусть даже расставленных в каком-либо определенном порядке. Значение приобретает характер использования данных объектов, в ходе которого формируется некая повышенно опасная подвижная среда, приобретающая форму деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих (источника повышенной опасности). Это означает, что из повышенной вероятности причинения вреда исходит не только лицо, попадающее в потенциально опасную обстановку, но и лицо, создающее такую обстановку в рамках нормального течения гражданского оборота. Иными словами, мы ведем речь о повышенной вероятности причинения вреда как об объективной категории, когда каждая из сторон потенциально опасной обстановки допускает возможность причинения вреда.
Повышенно опасная подвижная среда не может быть сведена к одному действию в значении, например, «летящий камень». Действие в подобном значении соответствует слову «движение», а с позиции гражданского права движение предмета материального мира без того субъекта, который привел его в движение, не поддается самостоятельной оценке. Соответственно, и вред, причиненный попаданием камня в окно, будет рассматриваться исключительно в контексте поведения субъекта, бросившего этот камень. В то же время вред, причиненный летящим камнем в повышенно опасной подвижной среде, подлежит квалификации как вред, причиненный источником повышенной опасности, причем таким источником выступит не сам летящий камень, а та повышенно опасная подвижная среда, в рамках которой происходил его полет.
Повышенно опасная подвижная среда представляет собой определенную обстановку (оболочку, сферу), нахождение в которой, а равно в непосредственной близости с которой людей и/или имущества физических или юридических лиц создает повышенную вероятность причинения им имущественного вреда.
Такая среда не может быть сведена и к совокупности действий (движений) предметов материального мира. Она состоит из определенного числа элементов, каждый из которых может стать первопричиной возникновения вреда и найти свое внешнее выражение в движении одних предметов материального мира или в проявлении свойств других. Однако только их сочетание, взаимосвязь и взаимодействие, приводящее к формированию повышенно опасной подвижной среды, позволяют характеризовать имущественный вред, возникший вследствие проявления любого ее элемента, как вред, причиненный источником повышенной опасности. При этом важно помнить, что деятельность, связанная с повышенной опасностью для окружающих, не является деятельностью субъекта гражданского права, хотя именно деятельность субъекта выступает основой формирования источника повышенной опасности (и повышенно опасной подвижной среды; деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих). Такой источник повышенной опасности возникает при наличии активных действий со стороны субъекта.
Например, строительная деятельность организации по возведению многоэтажного дома формирует повышенно опасную подвижную среду — строительство (возведение) дома.
Данный источник повышенной опасности прорисовывается в пространстве в виде конкретной территории для строительства, на которую завозятся строительные материалы, специальные механизмы, иные орудия труда, проводится электроэнергия и т.д. Все это отдельные элементы источника повышенной опасности. В процессе проведения строительных работ какие-то из этих элементов (топливо, строительные материалы) исчезают, иные же переходят из одного качественного состояния в другое (скажем, песок и цемент образуют раствор). Кроме того, появляются новые элементы: вырытый котлован, залитый фундамент, возведенная коробка будущего строения и т.д. Таким образом, формируется некая сложная система (совокупность разнопорядковых, неоднородных элементов), которая в конечном счете должна предстать в виде конкретного дома. Однако до тех пор, пока не получен окончательный результат строительных работ, строительство всегда сопряжено с повышенной опасностью причинения вреда как лицам, выполняющим соответствующие работы, так и иным лицам, случайно или намеренно зашедшим на территорию стройки. Повышенная опасность причинения вреда существует и в отношении имущества лиц, находящегося на территории стройки или в непосредственной близости от нее.
Начавшееся строительство не всегда предполагает наличие непрерывного цикла, с завершением которого должен исчезнуть источник повышенной опасности. Понятно, что оно может быть приостановлено по каким-либо причинам, в частности из-за отсутствия строительного материала, окончания строительного сезона и пр. Более того, строительные работы каждый раз прерываются при завершении рабочего дня. Даже в ходе их проведения одни элементы повышенно опасной подвижной среды могут быть задействованы, а другие — нет (допустим, подъемный кран после выполнения работ находится в неподвижном состоянии; вырытые траншеи ожидают выполнения работ по прокладке кабеля).
Можно ли в приведенных обстоятельствах (приостановление строительства, перерыв в работе и т.д.) вести речь об исчезновении повышенно опасной подвижной среды, пусть даже на небольшой промежуток времени? Считаем, что нет.
Повторим: до тех пор, пока строительные работы не завершены и не получен их окончательный результат, сохраняется источник повышенной опасности — строительство дома.
Вместе с тем в современной юридической литературе в качестве примера деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих, рассматривается не строительство дома, а строительная деятельность в целом. При этом, относя такую деятельность к повышенно опасной, правоведы пытаются выделить те связанные с ней ситуации, которые не подпадают под действие ст. 1079 ГК РФ. Так, О.Г. Ершов и М.В. Виноградов предлагают относить ее к источникам повышенной опасности особого рода, что обусловлено «сложным технологическим процессом, в котором задействованы люди и механизмы, используются различные строительные материалы и технологические операции» . В то же время они отмечают, что сама по себе строительная деятельность никакой повышенной опасности не создает и создавать не может, поскольку ее отличает ярко выраженный волевой характер: технологические операции в строительстве подконтрольны человеку и не обладают вредоносными свойствами . В итоге делается вывод о том, что особые свойства строительной деятельности как источника повышенной опасности связаны с использованием, во-первых, машин и механизмов, которые в процессе эксплуатации проявляют опасные свойства и становятся неподконтрольны в полной мере человеку, во-вторых, строительных материалов и конструкций, которые, находясь в статичном состоянии, в силу природных свойств или в результате совершаемых (совершенных) технологических операций обладают опасными свойствами и высокой вероятностью причинения вреда окружающим .
———————————
Ершов О.Г., Виноградов М.В. Строительная деятельность как источник повышенной опасности // Современное право. 2008. N 10. С. 93.
Там же.
Там же.

На наш взгляд, отказавшись от квалификации строительной деятельности как источника повышенной опасности и от поиска причин причинения вреда в ее рамках, авторы свели свой подход к отдельным элементам этой деятельности, каждый из которых представляет источник повышенной опасности, а именно использование машин и механизмов, а также материалов и конструкций, обладающих опасными свойствами. В частности, именно по этой причине они не смогли усмотреть опасных свойств у возводимого здания и временных технических сооружений . По мнению О.Г. Ершова и М.В. Виноградова, здание как система конструкций полностью подконтрольно человеку, а технические сооружения, необходимые для строительства (линии электропередачи, газоснабжения), без эксплуатации теряют свои вредоносные свойства. Не усмотрели они опасных свойств и у находящихся на стройке предметов, которые расположены на высоте и не закреплены надлежащим образом . Авторы настаивают на том, что, пока подобные предметы не перемещаются в пространстве, они не обладают вредоносными свойствами. Из числа опасных объектов были исключены также котлованы и траншеи, использование которых, по мнению исследователей, полностью находится под контролем человека .
———————————
Там же.
Там же.
Там же. С. 93.

Некоторые авторы все же акцентировали внимание на самой строительной деятельности при квалификации причинения вреда источником повышенной опасности. Например, В.М. Болдинов говорит о характере такой деятельности, что позволяет подвести соответствующий деликт под действие ст. 1079 ГК РФ . Однако его верный посыл о том, что истина кроется в характере строительной деятельности, в конечном счете сведен к значительному количеству участвующих в строительстве лиц и, соответственно, большому количеству совершаемых ими действий. Более того, для квалификации правонарушения через призму ст. 1079 ГК РФ в рамках повышенно опасной деятельности автор признает необходимым присутствие вредоносного объекта (источника повышенной опасности). Такой подход не позволил ему увидеть то, что скрывается за соответствующей строительной деятельностью.
———————————
Болдинов В.М. Ответственность за причинение вреда источником повышенной опасности: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. СПб., 2000. URL: http://www.law.edu.ru (дата обращения: 25.04.2014).

Тому виной редакция нормы п. 1 ст. 1079 ГК РФ. Только в действующем Кодексе говорится об осуществлении строительной деятельности как деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих. В предыдущих кодификациях речь шла либо о возведении строения или иного сооружения (ГК РСФСР 1922 г.), либо о стройке (во всех последующих кодификациях), что, по нашему мнению, выглядит более предпочтительным по сравнению с конструкцией ст. 1079 ГК РФ — «осуществление строительной и иной связанной с нею деятельности». Именно возведение строения, стройка соответствуют определенному нами источнику повышенной опасности — строительству дома.
Строительство дома, как повышенно опасная подвижная среда, предполагает, что любой факт причинения вреда в ее рамках будет рассматриваться как вред, причиненный этой средой. Это может быть травмирование человека вследствие наезда на него строительной машины; падения на него строительных материалов; попадания в него камня от работающего отбойного молотка или любого другого, в том числе немеханизированного, инструмента; падения его в вырытую траншею и т.д.
Для квалификации ситуации в качестве причинения вреда источником повышенной опасности значение приобретает факт установления повышенно опасной подвижной среды (в нашем случае — строительство дома), а не первопричина причинения вреда.
Эта подвижная среда может быть активной или пассивной. Активная подвижная среда появляется параллельно активной деятельности организации или человека (например, дорожные работы строительной организации создают источник повышенной опасности в форме укладки асфальта). Пассивная подвижная среда возникает исключительно после формирования активной подвижной среды, связана с отсутствием активных действий субъекта гражданского оборота и существует до тех пор, пока существует данная подвижная среда (например, замораживание строительства).
При установлении связи между деятельностью субъектов права и источником повышенной опасности необходимо учитывать и то, что в рамках деятельности одного субъекта могут возникать несколько источников повышенной опасности. Так, строительная организация может вести строительство на нескольких объектах, каждый из которых будет признаваться источником повышенной опасности. Кроме того, строительная организация для осуществления своих работ формирует парк транспортных средств (самосвалов, тракторов, кранов и т.п.), который также представляет собой источник повышенной опасности.
Формирование повышенно опасной подвижной среды в сфере строительства так или иначе возражения не вызывает. Остаются непонятными критерии квалификации источников повышенной опасности (деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих). К сожалению, нельзя четко выделить эти критерии из предложенного нами выше определения повышенно опасной подвижной среды, однако можно признать, что в нем заложен основной механизм квалификации источника повышенной опасности, который допустимо оформить следующим правилом (по принципу от обратного): если подлежащая квалификации среда не соответствует предположению о том, что вред причинен не будет, соответственно, перед нами деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих. Впрочем, применение этого правила на практике без дополнительных механизмов может завести в тупик, поскольку зависит от субъективного мнения лица, оценивающего ту или иную конкретную ситуацию: некоторые посчитают жилую квартиру, в которой находится нетрезвое лицо, опасной для окружающих. Это может привести к тому, что все случаи причинения вреда будут рассматриваться через призму ст. 1079 ГК РФ.
Предлагаем сделать акцент на деятельности субъекта, в рамках которой может произойти формирование источника повышенной опасности, как дополнительном механизме квалификации последнего.
Во-первых, к такой деятельности должны предъявляться более жесткие по сравнению с другими видами деятельности требования для ее ведения, в частности наличие разрешения, допуска, лицензии и т.п. Тогда действия граждан, направленные на удовлетворение домашних, семейных и иных подобных нужд (потребностей), не смогут привести к формированию источника повышенной опасности, что, в частности, позволит исключить из числа таких источников эксплуатацию личного автотранспорта.
Во-вторых, эта деятельность должна быть связана с использованием объектов гражданских прав, вовлечение которых в гражданский оборот сопряжено с возможностью их воздействия на жизнь или здоровье человека, а также имущество, принадлежащее субъектам, отличным от субъекта этой деятельности. Это исключит из возможного числа источников повышенной опасности любую повышенно опасную подвижную среду, элементы которой так или иначе связаны с предметами материального мира, не относящимися к объектам гражданских прав (большинство видов вооружения, сильнодействующие яды, отдельные виды наркотических средств и т.д.).
При оценке воздействия, которое может оказать использование объекта гражданских прав, следует учесть, что оно бывает прямым или косвенным. Прямое воздействие означает, что первопричиной причинения вреда может стать действие предмета материального мира, находящегося под контролем человека (например, удар молота); косвенное — что первопричиной может быть действие или свойство неподконтрольного человеку предмета материального мира (например, камень, отскочивший от бетонной плиты вследствие удара по ней молотом; падение в вырытый экскаватором котлован).
Использование основного и дополнительного механизмов квалификации конкретной ситуации как источника повышенной опасности (деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих), на наш взгляд, позволяет не только установить пределы применения правил ст. 1079 ГК РФ, но и исключить необходимость применения неправового инструментария (сведений из иных сфер знаний: математики, физики, химии и т.п.) для установления случаев, подпадающих под действие указанной статьи.
Таким образом, сформулируем итоговое определение исследуемого понятия. Источник повышенной опасности — это повышенно опасная подвижная среда, т.е. определенная обстановка, нахождение в которой, а равно в непосредственной близости с ней создает повышенную вероятность причинения имущественного вреда человеку и/или имуществу физических или юридических лиц и формирование которой обеспечено осуществлением субъектами гражданского права деятельности, подпадающей под разрешительный порядок и связанной с использованием объектов гражданских прав, вовлечение которых в гражданский оборот сопряжено с возможностью их воздействия на жизнь или здоровье человека, а также на имущество, принадлежащее субъектам, отличным от субъекта этой деятельности.
Предложенный подход к пониманию источника повышенной опасности положен в основу авторской концепции повышенно опасной подвижной среды. Учитывая его, можно говорить о том, что источники повышенной опасности могут формироваться при осуществлении различных видов деятельности: строительной (в форме строительства дома, строительства дорог, реконструкции зданий); медицинской (в форме операций); деятельности по перевозке (в форме перевозки грузов; перевозки пассажиров и багажа); по использованию взрывчатых веществ (взрывные работы на реках и т.п.); всех видов производственной (промышленной) деятельности (в форме производства) и т.д.
Изложенное понимание существа источника повышенной опасности позволяет отграничить те ситуации, которые не подпадают под действие ст. 1079 ГК РФ, а именно: причинение вреда автотранспортом, находящимся в собственности граждан, использование которого предназначено для удовлетворения личных, семейных и иных подобных потребностей, не связанных с осуществлением предпринимательской или иной подобной деятельности; причинение вреда вследствие использования предметов материального мира, которые не являются объектами гражданских прав (например, атомным оружием); причинение вреда животными, находящимися в собственности граждан, в том числе собаками бойцовских пород; причинение вреда результатами интеллектуальной деятельности, в том числе программами для ЭВМ.
Данный перечень не является исчерпывающим, однако включает те основные ситуации, которые в доктрине гражданского права, а также в правоприменении получали оценку с позиции ст. 1079 ГК РФ.