П 1 ст 824 гк рф

Содержание:

Статья 824. Договор финансирования под уступку денежного требования

1. По договору финансирования под уступку денежного требования одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование.

Денежное требование к должнику может быть уступлено клиентом финансовому агенту также в целях обеспечения исполнения обязательства клиента перед финансовым агентом.

2. Обязательства финансового агента по договору финансирования под уступку денежного требования могут включать ведение для клиента бухгалтерского учета, а также предоставление клиенту иных финансовых услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки.

Комментарий к статье 824 Гражданского Кодекса РФ

1. Финансирование под уступку денежного требования является новым для отечественного гражданского права институтом.

Вместе с тем подобные операции известны многим зарубежным правопорядкам и получили широкое распространение в международной торговой практике. Их унифицированное правовое регулирование содержится в рамках Оттавской конвенции УНИДРУА о международном факторинге 1988 г. (далее — Конвенция о факторинге), а также Конвенции ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле 2001 г. (далее — Конвенция ООН об уступке). Хотя Россия не участвует в указанных международных договорах, большинство их норм и принципов либо непосредственно восприняты отечественным правопорядком и нашли свое закрепление в рамках гл. 43 ГК, либо могут использоваться в качестве ориентира при толковании и применении соответствующих законодательных положений.

2. В юридической литературе рассматриваемый договор зачастую именуется факторингом. Между тем в настоящее время факторинг представляет собой лишь одну из возможных форм финансирования под уступку требования наряду с форфейтингом, проектным финансированием, секьюритизацией, рефинансированием (подробнее см.: Ефимова Л.Г. Банковские сделки. Комментарий законодательства и арбитражной практики. М., 2000. С. 243 — 248; Новоселова Л.А. Сделки уступки права (требования) в коммерческой практике. Факторинг. М., 2004. С. 339 — 341).

Правила гл. 43 ГК имеют значение общих положений относительно всех указанных выше форм финансирования под уступку денежного требования.

3. Одним из основных элементов договора финансирования под уступку денежного требования является уступка права требования. Поэтому даже в отсутствие специальной нормы правила § 1 гл. 24 ГК о цессии подлежат применению к рассматриваемому договору, если они не противоречат положениям гл. 43 ГК.

4. В п. 1 коммент. ст. сформулировано определение договора финансирования под уступку денежного требования.

Данный договор может быть заключен как по модели консенсуального (когда обе стороны принимают на себя обязанности соответственно по передаче денежных средств и по уступке денежного требования), так и по модели реального договора.

Консенсуальный договор финансирования под уступку требования является взаимным. Что касается реального договора, то он по общему правилу носит односторонний характер (исключение составляют случаи, предусмотренные п. 2 коммент. ст. 824 ГК, когда договором на финансового агента возлагаются обязанности по оказанию клиенту дополнительных услуг).

Рассматриваемый договор является возмездным, поскольку исполнение каждой из сторон своих обязанностей обусловлено встречным имущественным предоставлением контрагента. При этом в качестве вознаграждения финансового агента выступает разница («дисконт») между номинальной стоимостью уступаемого клиентом требования и размером предоставляемого финансирования.

5. В рамках рассматриваемого договора денежные требования обычно уступаются финансовому агенту в обмен на предоставление клиенту соответствующих денежных средств, выступая, по сути, в качестве способа возврата клиентом кредита (схема «покупки»).

Наряду с этим абз. 2 п. 1 коммент. ст. предусматривает возможность использования уступки денежного требования и в качестве способа обеспечения исполнения обязательств клиента перед финансовым агентом (схема «обеспечения») (см. коммент. к ст. 831 ГК).

6. Предметом рассматриваемого договора являются, с одной стороны, денежные средства, передаваемые клиенту, а с другой — денежное требование клиента к третьему лицу, которое уступается финансовому агенту.

В рамках договора финансирования возможна уступка лишь денежных требований, вытекающих из договора (см. коммент. к ст. 826 ГК). Возмездное отчуждение иных имущественных прав (если оно принципиально возможно с учетом их характера) опосредуется иными договорами, в частности куплей-продажей.

Круг существенных условий договора финансирования ограничивается лишь условием о предмете. Отсутствие в конкретном договоре иных условий не влечет признания его незаключенным и должно восполняться с помощью общих правил об обязательствах (гл. 22 ГК).

7. Помимо основной обязанности по предоставлению финансирования, договором на финансового агента может быть возложено оказание клиенту дополнительных финансовых и коммерческих услуг, например ведение бухгалтерского учета, обработка и выставление счетов и т.п. (п. 2 коммент. ст.). Договор, содержащий подобные условия, следует считать смешанным, а к отношениям сторон применять наряду с правилами гл. 43 ГК нормы о возмездном оказании услуг (поручении, агентировании и проч.).

По смыслу коммент. ст. оказание дополнительных услуг является не обязательным, а лишь факультативным элементом рассматриваемого договора. Обязанности финансового агента могут ограничиваться лишь предоставлением финансирования. В этом вопросе ГК не воспринял положения Конвенции о факторинге, ст. 1 которой предусматривает возложение на финансового агента по меньшей мере двух из следующих функций: финансирование поставщика; ведение учета по причитающимся суммам; предъявление к оплате денежных требований; защита от неплатежеспособных должников.

8. Содержащееся в коммент. ст. определение договора финансирования, к сожалению, не позволяет однозначно определить признаки, на основании которых возможно разграничение между рассматриваемым договором и другими договорными конструкциями, в рамках которых возможна передача права требования (в частности, куплей-продажей). В доктрине этот вопрос также не получил однозначного решения (см., например: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга пятая: В 2 т. Т. 1. Договоры о займе, банковском кредите и факторинге. Договоры, направленные на создание коллективных образований. М., 2006. С. 542 — 548 (автор главы — В.В. Витрянский)). Такая неопределенность порождает сложности в правоприменительной деятельности, не способствует развитию отношений финансирования под уступку требования и должна быть устранена законодателем. В качестве квалифицирующих для рассматриваемого договора целесообразно было бы использовать признаки, указанные в ст. 1 Конвенции о факторинге.

Статья 824. Договор финансирования под уступку денежного требования

1. По договору финансирования под уступку денежного требования одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование.

Денежное требование к должнику может быть уступлено клиентом финансовому агенту также в целях обеспечения исполнения обязательства клиента перед финансовым агентом.

2. Обязательства финансового агента по договору финансирования под уступку денежного требования могут включать ведение для клиента бухгалтерского учета, а также предоставление клиенту иных финансовых услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки.

Комментарий к Ст. 824 ГК РФ

1. Комментируемая статья определяет понятие договора финансирования под уступку денежного требования, который в цивилистике именуется факторингом (официальным это название не является).

Данный договор — самостоятельный, о чем говорит тот факт, что регламентации посвящена отдельная глава ГК РФ.

С точки зрения систематики данный договор можно отнести к числу договоров, направленных на оказание финансовых услуг.

Отметим, что нормами комментируемой статьи не охватывается финансирование под уступку неденежного требования, которое тоже может иметь стоимость и (теоретически) может быть продано (в рамках непоименованного договора, анализ которого не является предметом данного комментария).

2. Правовая регламентация отношений финансирования под уступку денежного требования в российском праве исчерпывается нормами комментируемой главы. До вступления в силу действующего ГК РФ отношения факторинга на практике существовали, но урегулированы не были. В этом контексте следует упомянуть о Конвенции УНИДРУА от 28 мая 1988 г. «О международном факторинге» (далее — Оттавская конвенция) , которая вступила в силу 1 мая 1995 г. для 16 стран (Бельгия, Великобритания, Венгрия, Гана, Гвинея, Германия (ФРГ), Италия, Латвия, Марокко, Нигерия, США, Танзания, Филиппины, Финляндия, Франция, Чехословакия). Россия не участвует в Оттавской конвенции, но, как показывает анализ норм Конвенции и комментируемой главы ГК РФ, в целом противоречий не наблюдается.

———————————
Журнал международного частного права. 1995. N 4. С. 28.

3. Часть 1 п. 1 комментируемой статьи дает определение рассматриваемого договора как договора, в силу которого финансовый агент передает либо обязуется передать клиенту денежные средства в счет денежного требования клиента к третьему лицу, а клиент уступает либо обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование.

Из данного определения можно сделать несколько выводов, на которых остановимся далее.

4. Субъекты договора факторинга имеют особые названия. Во-первых, это финансовый агент, которого доктринально называют фактором. Данный субъект осуществляет финансирование другой стороны, приобретая на тех или иных условиях принадлежащее последней требование. Статус финансового агента определяется нормами ст. 825 ГК РФ (см. комментарий к указанной статье). Во-вторых, это клиент, который нуждается в финансировании и для этих целей передает фактору денежное требование к третьему лицу.

Кроме того, отношения факторинга затрагивают упомянутое третье лицо, которое субъектом договора не является.

5. Комментируемая норма определяет характеристики передаваемого клиентом фактору требования как требования, вытекающего из предоставления клиентом товара, выполнения им работ или оказания услуг. Представляется, что понятие товара в контексте комментируемой нормы должно толковаться максимально широко, т.е. включать в себя и вещи, и имущественные, в том числе исключительные, права.

Упоминание о требовании, передаваемом клиентом фактору, вызывает практическую проблему, не связанную с ответом на вопрос: может ли по договору факторинга быть передано требование внедоговорное, в частности — деликтное, кондикционное, из односторонних действий (публичного обещания награды, публичного конкурса, игр, пари, действий в чужом интересе без поручения)?

Буквальное толкование комментируемых норм приведет к отрицательному ответу на поставленный вопрос. При этом положительный ответ представляется более приемлемым с точки зрения логики и сущности рассматриваемых отношений.

Иные характеристики передаваемого требования (срок исполнения, степень определенности) регламентированы нормами ст. 826 ГК РФ (см. комментарий к указанной статье).

6. Правовая природа договора финансирования под уступку денежного требования определяется нижеперечисленными параметрами, упомянутыми в комментируемой статье.

Во-первых, данный договор может быть как реальным, так и консенсуальным, поскольку допустимы и передача денежных средств в счет долга, и принятие фактором обязанности такую передачу осуществить.

Во-вторых, комментируемые нормы не содержат указаний на возмездность договора, из чего следует, что договор факторинга может быть как безвозмездным, так и возмездным. В последнем случае в договор будет включено условие о размере и порядке оплаты клиентом услуг фактора. Законодательству такое условие противоречить не будет.

На практике вознаграждение фактора, как правило, определяется косвенным образом — в виде разницы между номинальным размером требования и его стоимостью по договору. К примеру, требование к третьему лицу об уплате 1 млн. долл. фактор приобретает за 700 тыс. долл. Тем не менее вполне допустимыми представляются ситуации, когда требование за 1 млн. долл. приобретается фактором за 1 млн. долл. и дополнительных условий о вознаграждении фактора в договоре нет.

7. Часть 2 п. 1 комментируемой статьи определяет наличие особой разновидности отношений факторинга, каковой является обеспечительный факторинг. Сущность этого вида финансирования под уступку денежного требования состоит в том, что денежное требование к третьему лицу передается клиентом фактору не насовсем, а на период, пока клиент не исполнит денежное обязательство перед фактором. Таким образом, денежное требование клиента к третьему лицу является обеспечением исполнения требований по самостоятельному договору клиента и фактора.

Принципиальная разница между обычным и обеспечительным факторингом состоит в том, что обычный факторинг предполагает окончание отношений между фактором и клиентом после взаимной передачи требования и денежных средств. Соответственно, если впоследствии фактор получит от третьего лица сумму большую, нежели заплатил клиенту, разница будет являться доходом фактора. Например, денежное требование размером 1 млн. долл. было куплено фактором за 700 тыс. долл., а затем реализовано в полной сумме, т.е. третье лицо заплатило фактору 1 млн. долл. В этой ситуации 300 тыс. долл. составит прибыль финансового агента. И наоборот, если третье лицо заплатило только 300 тыс. долл. (либо не заплатило ничего), финансовый агент понесет убыток в размере соответственно 700 тыс. долл. либо 1 млн. долл.

Факторинг обеспечительный, в отличие от обычного, предполагает, что отношения между клиентом и фактором урегулированы иначе — деньги, по сути, переданы фактором клиенту в долг. Если долг возвращен своевременно и надлежащим образом, фактор возвращает денежное требование клиента к третьему лицу данному клиенту, на этом отношения прекращаются. Если клиент не вернул долг фактору, фактор имеет право потребовать исполнения требования клиента к третьему лицу. В этом случае финансовая ситуация будет иной. К примеру, если в обеспечение долга в 700 тыс. долл. было передано требование размером в 1 млн. долл., то сумму долга — 700 тыс. долл. он оставляет себе, остальное возвращает клиенту. Если фактору удалось получить только 300 тыс. долл., то в остальной части он требует возврата долга — 400 тыс. долл. с клиента.

Данные особенности обычного и обеспечительного факторинга определены нормами ст. 831 ГК РФ (подробнее об этом см. в комментарий к указанной статье).

8. Пункт 2 комментируемой статьи содержит нормы информативного характера; их цель — сообщить потенциальным контрагентам, какие положения они могут включать в договор факторинга. Интересно заметить, что данную норму сложно охарактеризовать как императивную либо диспозитивную, поскольку по сути никаких правил поведения она не устанавливает.

Стороны могут включить в договор факторинга следующие условия:

— ведение фактором для клиента бухгалтерского учета (в контексте уступаемого требования);

— предоставление клиенту иных финансовых услуг, связанных с уступаемым денежным требованием.

С теоретической точки зрения договор, в который включены данные условия, становится смешанным, сочетающим элементы факторинга и договора на возмездное оказание услуг (гл. 39 ГК). Такая квалификация имеет практическое значение в контексте ответа на вопрос: могут ли указанные услуги быть оказаны безвозмездно? Ответ будет отрицательным, так как п. 1 ст. 779 ГК РФ (см. комментарий к указанной статье) императивно устанавливает обязанность заказчика оплатить оказанные услуги.

Поправки в ГК: факторинг

Продолжаем читать Федеральный закон от 26.07.2017 № 212-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Нормальный цивилизованный факторинг в России приживается долго и трудно. Изначально, после появления в Гражданском кодексе договора финансирования под уступку денежного требования, реально заинтересовались им в основном бритые наголо граждане с утюгами, паяльниками и бейсбольными битами, получившие легальный инструмент для «покупки долгов» и обхода договорного запрета уступки денежного требования с использованием статьи 828 ГК РФ. Тот факт, что в развитых правопорядках факторинг – это прежде всего сервис, позволяющий снять с клиента непрофильные для него функции и дать ему возможность сосредоточиться на основной деятельности, тогда остался за кадром. Благо, пункт второй статьи 824 ГК РФ говорит об элементах этого сервиса как о необязательном довеске к уступке требования:

«2. Обязательства финансового агента по договору финансирования под уступку денежного требования могут включать ведение для клиента бухгалтерского учета, а также предоставление клиенту иных финансовых услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки».

Могут включать – значит, могут и не включать. Но тогда разница между финансированием под уступку денежного требования и обычной возмездной цессией размывается до полного исчезновения.

Неудивительно, что факторинговые компании «правильного образца» в России сначала появились в столицах, в очень небольшом количестве, и ориентированы были первоначально на обслуживание нужд зарубежного бизнеса, привыкшего к комфортному факторинговому обслуживанию в своих странах. Для отечественного клиента все эти необязательные клиринги и бухгалтерское обслуживание выглядели ненужными рюшечками на брутальной глыбе «продажи долгов». В регионы настоящий факторинг шёл медленно и с трудом, откатываясь назад в кризисы.

Оттавскую конвенцию УНИДРУА 1988 года по международным факторинговым операциям, описывающую, фактически, эталонную модель факторинга (где на самом значимом месте, наряду с финансированием – сервис), Россия приняла и ввела в действие у себя только с 1 марта 2015 года. И вот, наконец, настало время привести внутреннее законодательство в соответствие с общепринятым эталоном. Наверное, ура.

Что же меняется?

Первое: факторинг назвали факторингом. Наименование «финансирование под уступку денежного требования» осталось – но с синонимом «факторинг» в скобках. С 1 июня 2018 года эти понятия будут официально идентичны. Соответственно, финансовый агент получил «запасное» наименование «фактор». Вроде бы чисто внешние изменения, но означающие вполне сущностную вещь: грань между нашим доморощенным «финансированием под уступку денежного требования», которое было как бы факторинг, но не совсем, и факторингом, который там, в большом мире – упраздняется и исчезает. Играем по общим правилам. Плюс, как мне кажется, однозначный.

Второе: тупая «продажа долгов» перестаёт квалифицироваться как факторинг. В строгом соответствии с Оттавской конвенцией, согласно п. 1 ст. 824 ГК РФ в новой редакции, для признания договора факторинговым помимо собственно уступки требования, финансовый агент должен принять на себя как минимум два из четырёх обязательств (на выбор):

«1) передавать клиенту денежные средства в счет денежных требований, в том числе в виде займа или предварительного платежа (аванса);

2) осуществлять учет денежных требований клиента к третьим лицам (должникам);

3) осуществлять права по денежным требованиям клиента, в том числе предъявлять должникам денежные требования к оплате, получать платежи от должников и производить расчеты, связанные с денежными требованиями;

4) осуществлять права по договорам об обеспечении исполнения обязательств должников».

Первый пункт, допустим, укладывается в старую схему. Но последующие – это уже как раз элементы сервиса как неотъемлемого компонента настоящего факторинга, причём минимум один из них обязателен. Разумеется, можно добавить и другие, в том числе не из списка (процитированный выше пункт 2 статьи 824 с его «может» не изменился), как можно и заключать иные договоры об уступке денежного требования, не являющиеся факторинговыми – свобода и диспозитивность – но минимальным требованиям договор факторинга должен соответствовать. Что интересно, можно выбрать и два пункта, вообще не касающихся финансирования должника – скажем, второй и третий, и просто заняться управлением его денежными требованиями. Тогда договор явно просто «факторинговый», без синонимов, так как финансирования под уступку денежного требования не происходит – только сервис. Вы мне уступаете денежное требование, а я за это веду ваши дела с должниками.

Изменениям подверглась статья 826 ГК РФ. Вместо «Денежное требование, уступаемое в целях получения финансирования» она теперь будет называться «Денежное требование, являющееся предметом уступки». В свете изменений в статье 824 ГК РФ, совершенно логично. Саму статью переписали полностью, но в основном в целях совершенствования формулировок, сохранив общую мысль: уступать можно как существующее требование, так и будущее. Трогательно оговорили, что уступать можно как денежное требование, так и денежные требования – несколько разом (я, наверное, не в курсе – с этим у кого-то возникали проблемы?). Убрали требования к договору, дублирующие общие положения ГК РФ (в частности, статью 388.1. ГК РФ), зато добавили оговорку:

«Если договор факторинга заключен ранее момента перехода денежного требования к финансовому агенту (фактору), дополнительное оформление перехода денежного требования не требуется».

Интересно видоизменилась статья 829 ГК РФ о последующей уступке денежного требования. В ныне действующей редакции она по умолчанию запрещена, если иное не предусмотрено договором. В новой, по общему правилу, наоборот. Правда, из общего правила есть обширное исключение:

«Если уступка денежного требования финансовому агенту (фактору) осуществлена в целях обеспечения исполнения обязательства клиента перед финансовым агентом (фактором) или в целях оказания финансовым агентом (фактором) клиенту услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки, последующая уступка денежного требования финансовым агентом (фактором) не допускается, если договором факторинга не предусмотрено иное».

Интересно, как будет толковаться этот пункт (п. 2. ст. 829 ГК РФ) при наличии в договоре нескольких условий – и о предоставлении финансирования под уступку денежного требования, и об оказании услуг. Будут выделять основную цель? Видимо, покажет будущая практика – но вообще, зародыш потенциальных споров в новую редакцию статьи 829 ГК РФ заложен.

Правки в п.1. ст. 830 ГК РФ («Исполнение денежного требования должником финансовому агенту») технические и небольшие по объёму, а вот статью 831 ГК РФ («Права финансового агента (фактора) на суммы, полученные от должника») переписали целиком. Много лет мозолившая мне глаза обнажённо-откровенная фраза насчёт «покупки у него этого требования финансовым агентом» вычищена, наконец. Требования теперь благопристойно приобретаются или уступаются, но не «покупаются». Аллилуйя! По существу же просто конкретизировали механизм взаимных расчётов клиента и финансового агента в разных вариациях факторинга: когда финансовый агент должен возвратить излишек сумм, когда нет; когда клиент отвечает перед фактором за поступление от должника оговоренных сумм, когда нет. Плюс оговорка, что финансовый агент вправе зачесть свои требования к клиенту при передаче тому причитающихся ему денежных сумм (п. 4. ст. 831 ГК РФ). В принципе, статья нормально работала и в прежней редакции – её просто расписали подробно, сделав большой и солидной.

Статью 834 ГК РФ «Возврат должнику сумм, полученных финансовым агентом (фактором)», напротив, ужали до минимума:

«В случае неисполнения клиентом своих обязательств по договору, заключенному с должником, последний не вправе требовать от финансового агента (фактора) возврат уплаченных ему сумм. Соответствующее требование может быть предъявлено должником клиенту».

И всё – однозначно, императивно. Это важно: в пока ещё действующей редакции статьи потому и два пункта, что по ней должник как раз может предъявить требования, связанные с нарушением клиентом обязательств перед должником, к финансовому агенту, если не вправе получить соответствующие суммы непосредственно с клиента. С 1 июня 2018 года должник утрачивает такую возможность, что для факторинговых компаний – явный плюс и дополнительная защита. А вот должникам – дополнительный риск, на что и обращаю внимание.

По факторингу – всё. Банковский вклад на очереди.

Договор факторинга или финансирование под уступку денежного требования

Отношения, возникающие по договору финансирования под уступку денежного требования или, иначе, по договору факторинга, интересны современным предпринимателям в первую очередь потому, что этот вид гражданско-правовых договоров с принятием части второй Гражданского кодекса РФ появился в российском гражданском законодательстве впервые, хотя и использовался некоторыми российскими банками в их финансово-кредитной деятельности до этого.

В мировой практике договор факторинга применяется давно и довольно активно. Самый передовой опыт зарубежных стран, по мнению современных правоведов, был использован при составлении нового российского Гражданского кодекс и включен в него.

Договор факторинга охватывает довольно широкий круг разнообразных отношений. При этом юридическую сущность обязательств по данному договору составляет известная обязательственному праву уступка денежного требования (цессия). Однако отношения факторинга, сочетающие в себе элементы договоров займа и кредита, а иногда и договора возмездного оказания финансовых услуг, имеют гораздо более сложный и многогранный характер.

В этой связи на отношения по договору факторинга распространяются как частные правила, установленные главой 43 части второй Гражданского кодекса РФ, так и общие положения об уступке требования, определенные в ст.ст. 388-390 части первой ГК, в части, не противоречащей специальным предписаниям о данном договоре и существу возникающих на его основе обязательств. Так нормы, касающиеся формы уступки требования (см. ст.389 ГК), предопределяют форму договора факторинга.

Между тем анализ содержания возникающих между участниками цессии и факторинга отношений не допускает возможности говорить о том, что обязательства по предоставлению кредитно-финансовых услуг по договору факторинга являются частным случаем уступки требования. Рассмотрим характер и содержание отношений, возникающих по договору финансирования под уступку денежного требования более детально и сами убедимся в этом.

При этом, учитывая всю сложность рассматриваемых отношений, сразу оговоримся, что для облегчения восприятия система изложения построена таким образом: формулировки статей Кодекса даются с пояснениями на примере конкретных ситуаций.

Предмет договора факторинга

По смыслу п.1 ст.824 ГК при заключении договора факторинга одна сторона (финансовый агент) передает или же обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства, в то время как клиент в обмен на эти средства уступает или обязуется уступить финансовому агенту имеющееся у него денежное требование к третьему лицу (должнику), вытекающее из предоставления клиентом этому лицу товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Предположим, что крупная строительная фирма по характеру своей деятельности вынуждена иметь дело с большим количеством заказчиков-должников. При этом она постоянно испытывает необходимость в финансовых ресурсах. В этом случае фирме выгодно заключить договор со специализированной организацией, по которому та приняла бы на себя за определенное вознаграждение обязательства по истребованию денег с этих должников, одновременно с этим предоставив фирме деньги для строительства. Таким договором может явиться договор факторинга, с одной стороны, освобождающий фирму от собирания денег у своих должников, а с другой — решающий текущие проблемы ее производственной деятельности.

Интересно отметить, что денежное требование может быть уступлено клиентом финансовом агенту как в обмен на передаваемые денежные средства, так и в целях обеспечения исполнения своих обязательств перед финансовым агентом, в частности, по кредитному договору (п.1 ст.824 ГК). Однако важно иметь в виду, что это денежное требование перейдет к агенту только при условии невыполнения клиентом своего основного обязательства.

Например, та же строительная фирма получила в банке кредит, однако займодавец усомнился в ее платежеспособности и в качестве средства обеспечения возврата кредита затребовал предоставления каких-либо гарантий. Такой гарантией, в частности, могут стать права требования фирмы к заказчикам строительных объектов. Если фирма и банк заключат договор факторинга, то в случае невозврата фирмой в обусловленный договором кредита срок заемной суммы банк приобретет права требования к заказчикам фирмы по оплате приобретенных ими объектов строительства.

Нужно сказать, что обязательства финансового агента по договору финансирования под уступку денежного требования могут включать в себя не только собственно само финансирование, но и предоставление клиенту иных финансовых услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки (п.2 ст.824 ГК).

Как правило, эти услуги состоят в ведении финансовым агентом бухгалтерского учета и выставлении должникам по уступленным денежным требованиям счетов. Объясняется это, вероятно, тем, что агент, по сути, покупает дебиторскую задолженность клиента и потому лично заинтересован в контроле над его операциями, в том числе в бухгалтерском.

Возвращаясь к ситуации со строительной фирмой можно предположить, что банк может принять на себя, помимо финансирования деятельности фирмы, учет ее операций по строительству объектов.

Нужно сказать, что предоставление агентом подобных дополнительных финансовых услуг не является обязательным элементом договора факторинга. Необходимость в этом возникает при неоднократной уступке требований взамен предоставляемых кредитов. Если такие услуги в договоре присутствуют, то следует говорить, что договор носит смешанный характер.

Как видно из п.1 ст.824 ГК, договор факторинга со стороны финансового агента может предусматривать не только передачу денег в настоящем времени, но и обязательство предоставить их в будущем. Точно так и клиент может либо уступить денежное требование либо принять на себя обязательства по его уступке в будущем. В зависимости от этого можно судить, каким договором является факторинг: реальным или же консенсуальным и, соответственно, вести речь о возможности или невозможности понуждения стороны к выдаче кредита или передаче права требования. Напомним, что при заключении консенсуального договора обязанности сторон возникают уже с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора. Реальным же договор является тогда, когда он считается заключенным с момента фактической передачи денег, вещей, прав и пр.

В первом случае у стороны договора появляется возможность принуждения контрагента к исполнению принятых и закрепленных в договоре обязательств, а во втором случае такой возможности до момента реальной передачи товаров, вещей, прав и пр. нет.

Стороны договора факторинга

Статья 825 ГК прямо ограничивает круг лиц, которые по договору факторинга могут выступать в качестве финансовых агентов. Ими могут быть только банки, иные кредитные организации, а также другие коммерческие организации, имеющие разрешение (лицензию) на осуществление деятельности такого типа. Вместе с тем, банки и иные кредитные организации вправе осуществлять эту деятельность уже в силу своего статуса, не получая дополнительного разрешения.

По смыслу статей Кодекса, посвященных факторингу, в роли клиентов должны выступать коммерческие организации либо индивидуальные предприниматели.
Таким образом, субъектный состав договора финансирования под уступку денежного требования определяет, что этот вид договора может использоваться исключительно в предпринимательском обороте.

Отношения между клиентом и финансовым агентом

Предмет уступки по договору факторинга

В отличие от цессии, посредством которой другому лицу может быть передано любое право (требование) кредитора (ст.388 ГК), предметом уступки, под которую предоставляется финансирование, может быть только денежное требование, т.е. требование о передаче денег в оплату поставленных товаров, выполненных работ, оказанных услуг.

Так, строительная фирма не может передать банку в обмен на предоставленный кредит требование к торговой организации о поставке строительных материалов, необходимых для строительства, либо требование к подрядной организации о выполнении определенного объема строительных работ.

Кроме того, необходимо помнить: денежное требование, являющееся предметом договора факторинга, должно быть определено в договоре таким образом, чтобы его можно было отличить от аналогичных требований, которые не являются предметом уступки (п.1 ст.826 ГК). Так, требования могут быть идентифицированы в договоре факторинга ссылкой на определенный контракт или вид товаров (работ, услуг). Если из договора установить конкретные уступленные требования невозможно, может быть сделан вывод о том, что стороны не определили предмет договора и последний не может считаться заключенным. Однако на этот счет существует и другая точка зрения, в соответствии с которой уступка распространяется на все требования клиента, возникающие из его предпринимательской деятельности.

Следует иметь в виду, что п.1 ст.826 ГК допускается передача как денежного требования, срок платежа по которому ужу наступил (существующее требование), так и права на получение денежных средств, которое возникнет в будущем (будущее требование).

Независимо от того, что договорами на строительство жилых домов предусмотрено возникновение обязанностей по уплате построенных объектов только после подписания актов приема-передачи, строительная организация может передать банку взамен кредитных ресурсов как требования к заказчикам, у которых срок оплаты по договору уже наступил, так и требования к застройщикам, которым объекты еще не переданы в эксплуатацию.

При этом финансовому агенту важно обратить внимание на то, чтобы по существующему требованию к моменту уступки не истек срок исполнения.
Что же касается уступки будущего требования, то оно считается перешедшим к финансовому агенту лишь после возникновения права на получение с должника конкретных денежных средств, причем без какого-либо дополнительного оформления (п.2 ст. 826 ГК). До наступления указанного момента клиент остается субъектом соответствующего требования, т.е. стороной по договору. В этой связи клиент обязан выполнить все лежащие на нем обязанности, чтобы иметь возможность потребовать последующего исполнения обязанностей от своего должника.

Ответственность клиента за действительность предмета уступки

Указанные выше обстоятельства обуславливают ответственность клиента перед финансовым агентом за действительность переданного им денежного требования, если иное не предусмотрено в договоре сторон (п.1 ст.827 ГК).

В силу п.2 ст. 827 ГК денежное требование, являющееся предметом уступки, признается действительным, если клиент обладает правом на его передачу и в момент уступки ему не известны обстоятельства, вследствие которых должник вправе его не исполнять.

Иными словами, прежде чем уступить право требования финансовому агенту клиент должен проверить не только свою дееспособность, но еще раз проконтролировать соответствие уступаемого требования закону и иным правовым актам, удостовериться в дееспособности должника в момент возникновения требования, соответствии воли должника, выраженной в обязательстве, его действительной воле, а также соблюдении других правил ГК о действительности сделок. Между тем, нужно помнить, что отвечая за действительность предмета уступки по договору факторинга, клиент не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником уступленного требования.

К примеру, банк, ссылаясь на переход к нему по договору факторинга прав на взыскание задолженности по оплате строительных объектов обратится к застройщикам с соответствующим требованием. Однако последние по тем или иным причинам могут отказаться выполнять требования банка.

Если в договоре факторинга ответственность строительной фирмы за неисполнение застройщиками требований по оплате жилья не предусмотрена, то, исходя из положений ГК, она никакой ответственности нести не будет. Такой договор в практике называется «безоборотным». В то же время, если договором факторинга предусмотрены обстоятельства, при которых фирма будет отвечать перед банком за уклонение застройщиков от оплаты жилья, то ответственность за неисполнимость уступленного фирмой требования наступит («оборотный» факторинг).

Таким образом, возможность применения к клиенту мер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником своих обязательств зависит только от наличия в договоре факторинга специального условия об этом.

Отношения между клиентом и должником

Запрет уступки денежного требования переуступка требования финансовым агентом

В практической деятельности не исключены ситуации, при которых должник по каким-либо причинам не заинтересован в смене своего кредитора. На этот случай п.2 ст.388, применяемой при цессии, установлено ограничение уступки требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет для должника существенное значение. Цессия без согласия должника не допускается.

Тем не менее при факторинге подобное правило не применяется. Более того, в п.1 ст.828 ГК устанавливается, что уступка денежного требования финансовому агенту является действительной при любых обстоятельствах, даже если между клиентом и его должником существует соглашение о ее запрете или ограничении.

Иными словами, ни прямой запрет, ни какие-либо ограничения на переуступку прав строительной фирмы по договору факторинга не препятствуют уступке денежного требования банку без согласия застройщика.

Между тем, клиент (в частности, строительная фирма), нарушивший соответствующее соглашение, может нести ответственность за нарушение установленного договором запрета или ограничения на уступку прав, поскольку тем самым им были нарушены принятые на себя обязательства.

Нужно заметить, что даже если договором конкретные меры ответственности, применяемые к клиенту в описанном выше случае, не оговорены, должник независимо от этого факта вправе потребовать возмещения причиненных ему сменой кредитора убытков. Однако в этом случае ему придется доказать, что вследствие замены кредитора его право было нарушено, и он был вынужден произвести расходы для его восстановления и т.п. (см. ст.15 ГК).

Интересно заметить, что при наличии беспрепятственной переуступки прав клиента финансовый агент совершить дальнейшую переуступку полученного от клиента требования в таком же порядке не может. Для этого необходимо иметь в договоре специальное условие (ст.829 ГК). Если последующая уступка денежного требования договором допускается, то к ней применяются соответствующие нормы Главы ГК о факторинге.

Отношения между должником и финансовым агентом

Исполнение денежного требования должником финансовому агенту

Основной обязанностью должника по договору факторинга является то, что он должен произвести платеж своему новому кредитору — финансовому агенту.
Для того, чтобы соответствующая обязанность должника была исполнена надлежащим образом, клиент либо финансовый агент должны обеспечить его информацией о состоявшемся переходе прав кредитора.

П.1 ст.830 ГК устанавливает необходимость письменного уведомления должника об уступке денежного требования к нему, в котором указывается подлежащее исполнению денежное требование и, кроме того, оговаривается финансовый агент, которому должен быть произведен платеж.

Помимо этого, в силу п.2 ст.830 ГК, финансовый агент по просьбе должника обязан в разумный срок предоставить ему доказательства того, что уступка денежного требования действительно имела место в отношении этого финансового агента. Связано это с тем, что согласно п.1 ст.385 ГК должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до того момента, пока ему не будут представлены доказательства того, что право требования к нему перешло другому лицу.

Таким образом, обязанность должника произвести платеж не своему первоначальному кредитору, а его финансовому агенту возникает только при условии письменного уведомления о состоявшейся уступке требования, а при наличии соответствующей просьбы должника — только после предоставления ему доказательств состоявшейся уступки.

Соответственно, если клиент и финансовый агент не выполнят возложенные на них обязанности, должник вправе произвести платеж своему первоначальному кредитору — клиенту по договору факторинга. При этом никакие санкции к должнику применяться не будут.

Если же клиент либо финансовый агент известят должника о состоявшейся сделке, а должник при этом не потребует от агента доказательств этого, либо эти доказательства будут предоставлены в разумный срок, и при этом должник произведет платеж финансовому агенту, то он считается освобожденным от соответствующего обязательства перед своим первоначальным кредитором. Эти нормы конкретизируют общие правила закона о порядке совершения уступки требования (п.3 ст.382, п.1 ст.385 ГК).

Поясним сказанное на конкретном примере.
Для того, чтобы застройщики оплатили приобретенное жилье путем перечисления соответствующих средств на счет банка строительная фирма либо сам банк должны, во-первых, поставить застройщиков в известность об этом, а, во-вторых, при наличии просьбы — предоставить доказательства того, что их новым кредитором действительно является банк.

Варианты последствий этого могут быть различными.

Все условия строительной фирмой и банком соблюдены и заказчики перечислили средства на счет банка. В этом случае их обязательства перед строительной фирмой считаются исполненными.
Все условия соблюдены, однако заказчики направили средства первоначальному кредитору (строительной фирме). При таких обстоятельствах считается, что оплата жилых домов застройщиками не произведена, и банк, как надлежащий кредитор, вправе предъявить к ним, помимо требований о перечислении средств в оплату жилья, требования о возмещении убытков, вызванных неисполнением принятых на себя обязательств.

Объясняется это тем, что обязательство считается прекращенным при его надлежащем исполнении, которое состоит, в том числе, в исполнении обязательства надлежащему лицу (ст.309, 312 ГК). В силу договора факторинга надлежащим кредитором застройщиков стал финансовый агент строительной фирмы — банк. Поэтому, направляя денежные средства строительной фирме (первоначальному кредитору), заказчики исполняют обязательство ненадлежащему лицу и несут риск неблагоприятных последствий этого.
Строительная фирма и (или) банк не уведомили заказчиков о состоявшемся переходе прав кредитора, либо уведомление заказчикам направлено было, но банк не представил доказательство того, что уступка денежного требования ему действительно имела место. Как следствие этого — заказчики не перечислили банку стоимость строительства.

При таких условиях в силу п.2 ст.830 ГК заказчики вправе произвести платеж во исполнение своего обязательства перед строительной фирмой не банку, а непосредственно фирме. При этом фирма будет отвечать перед банком только в том случае, если соответствующая обязанность предусмотрена в договоре факторинга (т.е. факторинг является «оборотным»). Если же такой договоренности между сторонами не достигнуто, то, как отмечалось выше, фирма не отвечает перед банком за неисполнение или ненадлежащее исполнение заказчиком требований, являющихся предметом уступки (п.3 ст.827 ГК).

Права финансового агента на суммы, полученные от должника

Как было отмечено выше, денежное требование может быть уступлено финансовому агенту в обмен на предоставляемые кредитные ресурсы, а также для обеспечения исполнения какого-либо обязательства. Поскольку финансовым агентом чаще всего является банковское учреждение, логично предположить, что подразумеваются обязательства, возникшие скорее всего по кредитному договору.

В этой связи права финансового агента на суммы, полученные от должника, будут различными.
Так, если по условиям договора факторинга финансирование клиента осуществляется путем покупки у него финансовым агентом денежного требования, то агент приобретает право на все суммы, которые он получит от должника во исполнение требования (п.1 ст.831 ГК).

При этом клиент не несет ответственности перед агентом за то, что полученные им суммы оказались меньше цены, за которую агент приобрел требование. Вернемся к самому первому рассмотренному нами примеру, когда клиентом по договору факторинга выступала крупная строительная фирма, имеющая большое количество заказчиков и постоянно нуждающаяся в финансовых средствах. Финансовым агентом по договору факторинга был банк, который финансировал деятельности фирмы и за определенное вознаграждение принимал на себя обязанности по взысканию с заказчиков-должников денежных средств.

При такой конструкции отношений банк должен иметь в виду, что в расчетах с заказчиками он приобретет право на все суммы, которые ему удастся получить от должников-застройщиков. Их размер может превышать сумму выданного строительной фирме кредита (что свидетельствует о выгоде банка), а может быть и меньше этой суммы. При этом, если договор факторинга предполагался «безоборотным», строительная фирма не несет никакой ответственности перед банком за то, что последний не получил прибыли от совершенной сделки.

Иначе происходит в случаях, когда денежное требование уступается финансовому агенту в целях обеспечения исполнения ему обязательств клиента. Если договором факторинга не предусмотрено иное, п.2 ст.831 ГК установлена схема дополнительных расчетов между финансовым агентом и клиентом в зависимости от того, какие суммы фактически получены от должника.

Связано это с тем, что само обязательство переходит к финансовому агенту только в той части, в которой клиент не исполнил требования банка, поскольку именно их исполнение эта уступка и должна обеспечить.

Если финансовый агент взыскал с должника по уступленному требованию сумму, превышающую сумму долга клиента, то он обязан предоставить клиенту отчет и передать ему сумму разницы.

Если же денежные средства, полученные агентом от должника, окажутся меньше суммы долга клиента, последний остается ответственным перед финансовым агентом за остаток долга. Например, если выдача кредита строительной фирме производится под уступку денежных требований фирмы к заказчикам об оплате объектов строительства, то в случае невозврата кредита банк может обратить в свою пользу только сумму, равную сумме кредита, процентов по нему, убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещения необходимых расходов банка по взысканию задолженности клиента. Несмотря на то, что такой вывод непосредственно в нормах ст.831 ГК не закреплен, представляется, что он является правомерным, поскольку, по общему правилу, средство обеспечения исполнения обязательства призвано обеспечивать требование в том объеме, в котором оно имеется к моменту удовлетворения (см. ст.337 «Обеспечиваемое залогом требование», ст.360 «Удовлетворение требований за счет удерживаемого имущества», п.2 ст.363 «Ответственность поручителя», п.1 ст.380 «Понятие задатка. Форма соглашения о задатке» ГК РФ).

При этом, если банк получит сумму, превышающую сумму долга строительной фирмы, и не вернет соответствующую разницу клиенту, его действия можно будет квалифицировать, как неосновательное обогащение с применением ответственности по ст.395 ГК. Нужно заметить, что обязанность совершения дополнительных расчетов финансового агента с клиентом, установленная п.2 ст.831 ГК, также согласуется с нормами статей Кодекса о способах обеспечения исполнения обязательств (см. п.5 ст.350 «Реализация заложенного имущества», ст.360 «Удовлетворение требований за счет удерживаемого имущества»).

Требования должника к финансовому агенту

Как известно, одним из способов прекращения обязательств является зачет встречных однородных требований (ст.410 ГК).
В случае уступки требования должник вправе зачесть новому кредитору свое встречное требование к первоначальному кредитору. Зачет в таком случае производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан либо определен моментом востребования.

Данные положения закреплены и в главе Кодекса, регулирующей отношения по договору факторинга. Согласно п.1 ст.832, удовлетворяя требования финансового агента, должник по основному обязательству вправе противопоставить им (путем зачета) иные свои требования к клиенту (первоначальному кредитору), вытекающие из данного договора.

Например, заказчики могут предъявить банку свои требования об уплате неустойки за просрочку в сдаче объектов строительства в эксплуатацию, передаче объектов с недостатками и недоделками и пр.).

Однако следует иметь в виду, что предъявляемые к зачету денежные требования должны уже существовать у должника к тому времени, когда им было получено уведомление об уступке требования финансовому агенту строительной фирмы. В противном случае зачета быть не может.

Интересно, что должник не вправе предъявить финансовому агенту требования об уплате сумм, причитающихся с первоначального кредитора (клиента) в связи с нарушением им условия договора о запрете или ограничении уступки требования (п.2 ст.832 ГК). Напомним, что соглашение между клиентом и его должником о запрете или ограничении уступки требования по возникшему между ними обязательству в отношении финансового агента является действительным, что тем не менее не освобождает клиента от обязательств или ответственности перед должником за нарушение существующего между ними соглашения (ст.826 ГК).

Возврат должнику сумм, полученных финансовым агентом

В отношениях факторинга тесно связаны между собой не только стороны договора финансирования по уступке денежного требования (финансовый агент и клиент), но и должник по обязательству перед клиентом (первоначальным кредитором). В частности, в случае нарушения клиентом своих обязательств по договору, заключенному с должником, должник не вправе требовать от финансового агента возврата сумм, уже уплаченных ему по перешедшему агенту требованию, если, конечно, должник может получить такие суммы непосредственно с клиента.

Иными словами, должник по уступленному обязательству сохраняет право требовать с клиента уплаты определенных сумм при нарушении последним своих обязательств по договору (например, при оплате банку стоимости жилья, переданного в эксплуатацию в некачественном состоянии). В такой ситуации должник не имеет возможности получить суммы, уплаченные им финансовому агенту, обратно (п.1 ст.833 ГК).

Между тем, если сам финансовый агент в этом случае не произвел клиенту обещанный за уступку требования платеж (не финансировал его) либо при производстве такого платежа знал о нарушении клиентом своих обязательств, должник имеет право требовать возврата ему соответствующих сумм непосредственно от финансового агента (п.2 ст.833 ГК).

Объясняется это тем, что в указанной ситуации финансовый агент получает с должника деньги, не произведя финансирование клиента, либо зная, что уступленное требование заведомо спорно либо необосновано.

Отличия уступки требования (цессии) от договора факторинга

Итак, когда мы говорим об отношениях по договору финансирования под уступку денежного требования (договору факторинга), мы подразумеваем предпринимательские отношения, один из участников которых, приобретая денежное требование к другому лицу (в силу отгрузки ему товара, выполнения работ или оказания услуг), не дожидаясь его исполнения (передачи денежных средств) и учитывая, что это требование в силу названных обстоятельств уже имеет рыночную стоимость, уступает его банку или иной коммерческой организации в обмен на получение займа или кредита либо предоставляет его в качестве способа обеспечения исполнения обязательств перед банком.

Учитывая, что юридическую сущность обязательств, возникающих из договора факторинга, составляет уступка денежного требования (цессия), выделим принципиальные различия уступки требования (цессии) и договора финансирования под уступку денежного требования.

Уступка требования (цессия)

Договор финансирования под уступку денежного требования (договор факторинга)

Передача принадлежащих кредитору прав может быть совершена как по сделке (уступка требования), так и на основании закона (п.1 ст.382, ст.387 ГК) Обязательства имеют договорный характер, т.е. возникают исключительно из договора (п.1 ст.842 ГК)

Предметом цессии является непосредственно передача права (требования) (п.1 ст.382 ГК) Предметом факторинга является финансирование (кредитование) одного лица другим в счет передачи последнему денежного требования этого лица к третьей стороне (п.1 ст.824 ГК)

Уступается только право (требование)
(п.1 ст.382 ГК) Наряду с уступкой требования сторонами совершается ряд действий, непосредственно с ней не связанных (п.2 ст.824 ГК) Денежные средства передаются новым кредитором первоначальному кредитору в оплату приобретенного имущественного права (если цессия является возмездной)
(п.1 ст.382 ГК) Иная последовательность совершаемых действий: наоборот, денежное требование либо уступается в обмен на передаваемые денежные средства либо передается в качестве средства обеспечения исполнения обязательств по другому договору (п.1 ст.824 ГК)
Уступаемое требование может иметь любой характер
(п.1 ст.382 ГК) Уступаемое требование должно быть только денежным
(п.1 ст.824 ГК)
Уступается право, которое в момент заключения сделки о его уступке уже принадлежит кредитору на основании обязательства (п.1 ст.382 ГК) Предусмотрена возможность уступки права на получение денежных средств, которое уже существует в настоящем либо возникнет в будущем времени
(п.1 ст.824 ГК)
Участниками могут быть любые лица
(п.1 ст.382 ГК) Финансовым агентом (одной из сторон договора факторинга) обязательно должен быть банк, иная кредитная организация либо коммерческая организация, имеющая лицензию на осуществление деятельности такого типа (ст.825 ГК)
Для перехода прав кредитора к другому лицу согласие должника не требуется, если иное не установлено законом или договороми (п.2 ст.382 ГК) Передача денежных требования на условиях финансирования никогда не требует согласия должника, поскольку запрет либо ограничение на уступку требования изначально признается недействительными (п.1 ст.828 ГК)
Должник вправе выдвигать против своего нового кредитора все требования, которые возникли у него по отношению к своему первоначальному кредитору к тому моменту, когда он узнал об уступке права
(ст.386 ГК) Должник вправе выдвигать против своего нового кредитора (банка) только денежные требования (п.1 ст.832 ГК)
Нормы ст.ст. 382-390 ГК, касающиеся уступки требования, запрета на последующую переуступку права не содержат, поэтому можно предположить, что она допускается независимо от наличия специальной договоренности сторон Допускается дальнейшая переуступка денежного требования новым кредитором иному финансовому агенту только при наличии специальной договоренности сторон (ст.829 ГК)
Нормами ст.ст.382-390 возможность возвращения новым кредитором сумм, полученных от должника, не предусмотрена Финансовый агент при определенных обстоятельствах обязан вернуть полученные от должника денежные суммы (ст.830 ГК)

Камфер Ю.А.
Материалы подготовили АКДИ и «Экономика и жизнь»