Свидетельские показания свидетельский иммунитет

Свидетельские показания свидетельский иммунитет

Согласно ч. 1 ст. 69 ГПК свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Показания свидетелей – это сведения, сообщенные лицами, которым известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для дела.

Свидетельские показания являются доказательствами по делу. Однако не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

От лиц, участвующих в деле, свидетель отличается тем, что не имеет юридической заинтересованности в исходе дела.

Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его имя, отчество, фамилию и место жительства.

К основным обязанностям свидетеля согласно статье 70 ГПК относятся:

лицо, вызванное в качестве свидетеля, обязано явиться в суд в назначенное время и дать правдивые показания. Свидетель может быть допрошен судом в месте своего пребывания, если он вследствие болезни, старости, инвалидности или других уважительных причин не в состоянии явиться по вызову суда.

за дачу заведомо ложного показания и за отказ от дачи показаний по мотивам, не предусмотренным федеральным законом, свидетель несет ответственность, предусмотренную Уголовным кодексом Российской Федерации.

Свидетель имеет право на возмещение расходов, связанных с вызовом в суд, и на получение денежной компенсации в связи с потерей времени.

Свидетельский иммунитет – это право, привилегия, освобождающая свидетеля от обязанности давать показания по делу.

Не подлежат допросу в качестве свидетелей:

представители по гражданскому делу или защитники по уголовному делу, делу об административном правонарушении — об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с исполнением обязанностей представителя или защитника;

судьи, присяжные, народные или арбитражные заседатели — о вопросах, возникавших в совещательной комнате в связи с обсуждением обстоятельств дела при вынесении решения суда или приговора;

священнослужители религиозных организаций, прошедших государственную регистрацию, — об обстоятельствах, которые стали им известны из исповеди.

Введение свидетельского иммунитета в гражданское судопроизводство способствует расширению прав свидетеля и повышению его правовой защищенности, укреплению нравственных основ гражданского процесса, усилению борьбы с лжесвидетельством.

Свидетельский иммунитет не однороден. Выделяют следующие виды свидетельского иммунитета:

абсолютный и относительный;

полный и частичный;

родственный и служебный.

В зависимости от характера волеизъявления иммунитет подразделяется на абсолютный и относительный. Первый сочетает право свидетеля отказаться от дачи показаний с законодательным запретом допроса его в качестве свидетеля. Для этой разновидности свидетельской привилегии характерна двойная обязанность: обязанность свидетеля отказаться от дачи показаний и обязанность суда освободить его от дачи показаний. Абсолютный иммунитет распространяется на лиц, перечисленных в пп. 1-3 ч. 3 ст. 69. Относительный иммунитет означает право свидетеля отказаться от дачи показаний в предусмотренном законом порядке (пп. 1-5 ч. 4 ст. 69 ГПК).

В зависимости от объема показаний иммунитет можно подразделить на полный и частичный. Полное право отказа означает, что свидетель полностью может отказаться от дачи показаний по существу дела (например, иммунитет родственников). Частичное право отказа предполагает, что свидетель может лишь по отдельным вопросам отказаться от свидетельства.

В зависимости от предмета свидетельской привилегии следует различать иммунитет родственный и иммунитет служебный.

На основании родственного иммунитета вправе отказаться от дачи свидетельских показаний:

гражданин против самого себя;

супруг против супруга, дети, в том числе усыновленные, против родителей, усыновителей, родители, усыновители против детей, в том числе усыновленных;

братья, сестры друг против друга, дедушка, бабушка против внуков и внуки против дедушки, бабушки;

Иммунитет родственников носит добровольный характер, что предполагает право отказаться от него. Разъяснение судом свидетельской привилегии, изъявление свидетелем желания воспользоваться ею, равно отказаться от нее, должны быть внесены в протокол судебного заседания. В целях упорядочения процедуры рассмотрения дела свидетель, отказавшийся от иммунитета, не должен иметь права на его восстановление по тому же делу и по тем же основаниям. В случае отказа от рассматриваемого права свидетель может быть привлечен к установленной законом ответственности на общих основаниях.

Служебный иммунитет основан на служебном содержании информации, на которую распространяется привилегия.

Вправе отказаться от дачи свидетельских показаний:

депутаты законодательных органов — в отношении сведений, ставших им известными в связи с исполнением депутатских полномочий;

Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации — в отношении сведений, ставших ему известными в связи с выполнением своих обязанностей.

Не подлежат допросу в качестве свидетелей представители по гражданскому делу и защитники по уголовному делу или по делу об административном правонарушении. Они не могут быть допрошены об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с исполнением обязанностей представителя или защитника. Федеральный закон от 31 мая 2002 г. «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» запрещает допрашивать в качестве свидетеля адвоката об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием. Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю.

Свидетельские показания свидетельский иммунитет

Как мы уже подчеркивали Конституция РФ (ст.51) не определяет полного перечня лиц, на которых распространяется правило о свидетельском иммунитете.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ наделяет свидетельским иммунитетом:

— потерпевшего (п.3 ч.2 ст.42),

— гражданского истца (п.7 ч.4 ст.44);

— представителей потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика (ч.3 ст.45);

— подозреваемого (п.2 ч.4 ст.46);

— обвиняемого (п.3 ч.4 ст.47);

— гражданского ответчика (п.4 ч.2 ст.54);

— представителя гражданского ответчика (ч.2 ст.55);

— свидетеля (п.1 ч.4 ст.56).

В соответствии с п.2 ст.56 УПК РФ не подлежат допросу в качестве свидетелей:

— судья, присяжный заседатель;

— адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого;

— член Совета Федерации, депутат Государственной Думы.

В юридической литературе [1] всех субъектов обладающих свидетельским иммунитетом условно разделяют на две группы.

Первая группа – это лица, которые могут отказаться от дачи показаний, но могут и не воспользоваться своим правом (свидетели, потерпевшие, которые могут отказаться свидетельствовать против себя, своих близких родственников, — п.1 ч.4 ст.56 УПК РФ; лица, обладающие правом дипломатической неприкосновенности, — ч.2 ст.3 УПК РФ; члены Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, которые без их согласия не могут быть допрошены об обстоятельствах, ставших им известными в связи с осуществлением ими своих полномочий, — п.5 ч.3 ст.56 УПК РФ).

Вторая группа – это те лица, которые в соответствии с законом не могут допрашиваться в качестве свидетелей по поводу некоторых обстоятельств либо вообще давать показания по делу (судья, присяжный заседатель, защитник подозреваемого, обвиняемого, адвокат, священнослужитель — пп.1-4 ч.3 ст.56 УПК РФ; потерпевший или свидетель, который в силу своего психического или физического состояния, установленного заключением экспертизы, не способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания, — ч.4 ст.195, п.4 ст.196 УПК РФ).

Заметим, что такая классификация лиц обладающих свидетельским иммунитетом вступает в противоречие с легальным определением свидетельского иммунитета, под которым, напомним, понимается «право лица не давать показания против себя и своих близких родственников, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом». Между тем, вторая группа лиц реализует прав не право (диспозитивное поведение), т.к. законодателем установлен запрет на допрос данной группы лиц (императивная норма). При такой цепочке логических рассуждений, получается, что вторая группа лиц обладает не «свидетельским иммунитетом», а закон попросту ограничивает право их допроса в качестве свидетелей. Такой точки зрения, придерживается В.В. Лазарев, отмечающий, что ситуации, регулируемые ст. 51 Конституции РФ и ст. 56 (ч. 3) УПК РФ — далеко не однозначны [2] . Либо вышесказанное является основанием для разделения свидетельского иммунитета на две самостоятельных категории. Свидетельский иммунитет в силу запрета допроса определенной категории лиц и свидетельский иммунитет, как право лица отказаться от дачи показаний.

На наш взгляд, неточность заключается в законодательной формулировке свидетельского иммунитета, закрепленной законодателем в УПК РФ. Представляется, что необходимо расширить понятие свидетельского иммунитета, включив указание на категорию лиц, для которой установлен запрет на допрос.

Вышесказанное подтверждает и практика Конституционного суда РФ, в ряде Постановлений которого, применяется «расширительная» трактовка свидетельского иммунитета, включающая как лиц первой, так и второй группы.

Таким образом, понятие свидетельский иммунитет следует определить, как «право лица отказаться от дачи показаний против себя, своих близких родственников и в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также как запрет допроса лица в случаях, предусмотренных УПК РФ».

Рассмотрим особенности реализации и пределы свидетельского иммунитета для различных субъектов.

Не подлежат допросу в качестве свидетелей судья, присяжный заседатель — об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу (п.1 ч.3 ст.56 УПК РФ).

В юридической литературе неоднократно высказывалось предложение распространения запрета на допрос судей также и на дознавателя, следователя, прокурора [3] .

Противники распространения свидетельского иммунитета на следователя, дознавателя прокурора аргументируют свою точку зрения тем, что допрос в суде лица, производившего расследование, может иметь существенное значение для выяснения обстоятельств производства следственных действий, которые не нашли отражение в материалах дела. В частности, когда подсудимый или свидетель заявляет о якобы имевших место в отношении них насилия, угроз или иных незаконных мер, следователь, в ряде случаев, может доказательно опровергнуть это утверждение. Возможность и целесообразность подобного допроса прямо вытекает из положения ч.8 ст.234 УПК РФ. Он может быть тем более необходим, что УПК РФ содержит норму, свидетельствующую о недоверии к действиям следователя (п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ) [4] .

Сторонники введения свидетельского иммунитета в отношении данной категории лиц отмечают, что следователь, дознаватель и прокурор являются представителями стороны обвинения, а поэтому не могут вовлекаться в процесс в качестве «частных субъектов». Тем более, что внутреннее убеждение данной категории лиц складывается на основе собранных доказательств, а значит следователь (дознаватель, прокурор) являются «заинтересованными лицами». В этой связи исследователи констатируют нарушение принципа равенства сторон обвинения и защиты, т.к. адвокат (защитник) включен в число лиц, на которые распространяется свидетельский иммунитет.

Более того, свидетельство следователя (дознавателя, прокурора) по обстоятельствам проведения следствия нарушает и права подсудимого (обвиняемого, подозреваемого) и его защитника, т.к. следователю представляется возможность оказать воздействие на суд трактовкой материала по своему усмотрению.

Учитывая приведенные аргументы, на наш взгляд, рационально распространить режим свидетельского иммунитета на следователя, дознавателя, прокурора, тем самым восстановить баланс равенства сторон в уголовном процессе. При этом необходимо сделать исключение, когда данная категория лиц могла бы привлекаться в качестве свидетеля по ходатайству, как и в случае возможности свидетельства адвоката (защитника).

Не подлежат допросу в качестве свидетелей адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого — об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием (п.2 ч.3 ст.56 УПК РФ).

Заметим, что наряду с адвокатом и защитников, ГПК РФ (ч.3 ст.69) и АПК РФ(ч.5 ст.56) запрещают допрос представителя по гражданскому и иному делу об обстоятельствах, которые ему стали известны в связи с исполнением своих обязанностей. Представители потерпевшего, истца, ответчика, других лиц также обязаны сохранять в тайне сведения, ставшие им известными от доверителя. Поскольку ст.53 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», ст.ст.45 и 55 УПК, ст.ст.48 и 49 ГПК, ст.59 АПК, ст.25.5 КоАП устанавливают, что представителями участников процесса могут быть не только адвокаты, но и иные лица, в ст.56 УПК должен быть установлен запрет допроса представителя относительно указанных выше обстоятельств.

Из общего правила запрета допроса в качестве свидетеля адвоката (защитника) есть исключение. Как пояснил Конституцион ный Суд РФ в своем определении от 6 марта 2003 г. №108-О «По жалобе гражданина Цицкишвили Гиви Важевича на нарушение его конституционных прав пунктом 2 части третьей статьи 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» [5] о свобождая адвоката от обязанности свидетельствовать о ставших ему известными обстоятельствах в случаях, когда это вызвано нежеланием разглашать конфиденциальные сведения, пункт 2 части третьей статьи 56 УПК Российской Федерации вместе с тем не исключает его право дать соответствующие показания в случаях, когда сам адвокат и его подзащитный заинтересованы в оглашении тех или иных сведений. Данная норма также не служит для адвоката препятствием в реализации права выступить свидетелем по делу при условии изменения впоследствии его правового статуса и соблюдения прав и законных интересов лиц, доверивших ему информацию.

В подобных случаях суды не вправе отказывать в даче свидетельских показаний лицам, перечисленным в части третьей статьи 56 УПК Российской Федерации (в том числе защитникам обвиняемого и подозреваемого), при заявлении ими соответствующего ходатайства. Невозможность допроса указанных лиц — при их согласии дать показания, а также при согласии тех, чьих прав и законных интересов непосредственно касаются конфиденциально полученные адвокатом сведения, — приводила бы к нарушению конституционного права на судебную защиту и искажала бы само существо данного права.

Согласно ч.8 ст.234 УПК РФ по ходатайству сторон в качестве свидетелей могут быть допрошены любые лица, которым что-либо известно об обстоятельствах производства следственных действий или изъятия и приобщения к уголовному делу документов, за исключением лиц, обладающих свидетельским иммунитетом. Из данной нормы во взаимосвязи с п.40 ст.5, статьей 56, частью четвертой статьи 271 и статьей 278 УПК РФ не следует, что запрет обязывать лицо, обладающее свидетельским иммунитетом, давать показания относительно обстоятельств досудебного производства исключает право такого лица дать соответствующие показания в случае, если оно согласно на это, при условии, что ему как свидетелю разъясняется возможность использования показаний в качестве доказательств по уголовному делу.

С учетом выявленного в Определении от 6 марта 2003 года и Постановлении Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 г. конституционно-правового смысла положений УПК РФ о свидетельском иммунитете ч.8 ст.234 УПК РФ не исключает возможность допроса, в том числе по ходатайству стороны защиты, лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, об обстоятельствах производства следственных действий или изъятия и приобщения к уголовному делу документов при условии их согласия на это и, следовательно, не ограничивает гарантии судебной защиты прав и свобод человека и гражданина в уголовном процессе, закрепленные ст.ст.45, 46, 49-51, 118 и 123 Конституции Российской Федерации.

Не подлежит допросу в качестве свидетеля адвокат — об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи (п.3 ч.3 ст.56 УПК РФ).

В силу ст.8 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» [6] любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю являются адвокатской тайной. Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием (п.2 ст. 8).

Адвоката освобожден от обязанности давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с выполнением обязанностей защитника или представителя в уголовном деле, и тем самым защищают конфиденциальность сведений, доверенных подзащитным адвокату в связи с выполнением последним своих профессиональных функций.

Действующее законодательство не устанавливает каких-либо исключений из этого правила в зависимости от времени получения адвокатом сведений, составляющих адвокатскую тайну, не ограничивает их сведениями, полученными лишь после того, как адвокат был допущен к участию в деле в качестве защитника обвиняемого (Определение Конституционного Суда РФ от 6 июля 2000 г. №128-О) [7] .

Адвокат может предавать гласности сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, лишь с согласия доверителя и только в целях наилучшего обеспечения прав и интересов лица.

Подчеркнем, что полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей (абз.2 п.3 ст.8 Закона).

Следующее лицо, наделенное свидетельским иммунитетом — священнослужитель — об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди (п.4 ч.3 ст.56 УПК РФ).

УПК РФ не уточняет распространяет ли данная положение свое действие на всех священнослужителей, или только тех, чьи организации прошли соответствующую государственную регистрацию. В отличие от УПК РФ, гражданское процессуальное законодательство (ч.3 ст.69 ГПК РФ) запрещает допрос об обстоятельствах, ставших известными из исповеди, лишь священнослужителей религиозных организаций, прошедших государственную регистрацию.

Ввиду отсутствия соответствующей оговорки в УПК РФ в теории и практике возникают вопросы. На наш взгляд, по аналогии с нормой ГПК РФ, священнослужителем может быть лишь лицо организации легализованной государством, то есть прошедшей государственную регистрацию.

Следующая группа лиц обладающих свидетельским иммунитетом — член Совета Федерации, депутат Государственной Думы, Данная категория лиц не подлежат допросу в качестве свидетелей без их согласия — об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с осуществлением ими своих полномочий (п.5 ч.3 ст.56 УПК РФ).

Рассматривая вопрос о конституционности предоставления членам Совета Федерации и депутатам Государственной Думы права отказаться от дачи показаний, Конституционный Суд в постановлении №5-П от 20 февраля 1996г. [8] признал его соответствующим Конституции, но не допускающим расширительного толкования и отказа от дачи свидетельских показаний об обстоятельствах, не связанных с осуществлением депутатской деятельности, однако необходимых в интересах правосудия при выполнении требований статей 17 (ч. 3) и 52 Конституции РФ. Суд также отметил, что по смыслу ст. 51 Конституции депутат может быть освобожден от дачи свидетельских показаний о доверительно сообщенной ему гражданином информации, распространение которой в форме свидетельских показаний по существу будет означать, что лицо, доверившее ее, ставится в положение, когда оно фактически (посредством доверителя) свидетельствует против самого себя.

Вместе с тем данное право парламентария, закрепленное отказ от дачи показаний, не допускает расширительного толкования и отказа от дачи свидетельских показаний по гражданскому или уголовному делу об обстоятельствах, не связанных с осуществлением им депутатской деятельности, однако необходимых в интересах правосудия при выполнении требований статей 17 (часть 3) и 52 Конституции Российской Федерации.

В завершение рассмотрения субъектов наделенных законодателем свидетельским иммунитетом, остановимся на праве свидетеля. В соответствии с п.4 ст.56 УПК РФ, свидетель вправе отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников. При согласии свидетеля дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний.

К близким родственникам законодатель отнес — супругу, супруга, родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и родных сестер, дедушку, бабушку, внуков (п.4 ст.5 УПК РФ). Данный перечень является исчерпывающим. Так, в силу закона сожитель не освобождается от обязанности давать свидетельские показания, поскольку не является ни супругом, ни близким родственником. Как показывает судебная практика, если люди живут вместе много лет, но их брак в органах ЗАГСа не зарегистрирован, они обязаны свидетельствовать друг против друга: «венчание в церкви, наличие совместных детей и ведение общего хозяйства не порождает супружеских отношений и не освобождает от обязанностей свидетеля» [9] . Права и обязанности супругов, в том числе и в уголовном процессе, порождает лишь брак, заключенный в государственных органах актов гражданского состояния.

Дискуссионным является вопрос о распространении института свидетельского иммунитета на бывших супругов. Допустим, что супруги состояли в браке, а к моменту, когда один из них должен выступать свидетелем в процессе – развелись. Может ли в таком случае лицо воспользоваться правом свидетельского иммунитета и не свидетельствовать в отношении бывшего супруга? Нормы морали говорят – да, норма закона, напротив – нет.

В этой связи сошлем на иностранный опыт. Уголовно-процессуальное законодательство ФРГ наделило правом отказаться от дачи показаний супруга обвиняемого, если даже брак больше не существует. Представляется рациональным, отвечающим требованиям гуманизации уголовного судопроизводства, включение аналогичной нормы и в УПК РФ.

[1] См.например: Петуховский А. Свидетельский иммунитет: проблемы развития процессуального института // Российская юстиция. — №9. — 2003г. – с.39.

[2] Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / Отв. ред. В.В.Лазарев – М.: Норма, 2003 г. – с.261.

[3] Будников В. Субъект доказывания не может быть свидетелем по уголовному делу // Российская юстиция. 2002. — №8. — с.30-31; Пысина Г. «Допрос следователя в суде» // Законность . – 2003 . — №17 . – с.30.

[4] Петуховский А. Свидетельский иммунитет: проблемы развития процессуального института // Российская юстиция. — №9. — 2003г. – с.39.

[5] Определение Конституционного Суда РФ от 6 марта 2003 г. №108-О «По жалобе гражданина Цицкишвили Гиви Важевича на нарушение его конституционных прав пунктом 2 части третьей статьи 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. — 2003г. — №4.

[6] Федеральный закон от 31 мая 2002 г. № 63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2002г. — №23. — Ст.2102.

[7] Определение Конституционного Суда РФ от 6 июля 2000 г. № 128-О «По жалобе гражданина Паршуткина Виктора Васильевича на нарушение его конституционных прав и свобод пунктом 1 части второй статьи 72 УПК РСФСР и статьями 15 и 16 Положения об адвокатуре РСФСР» // Собрание законодательства Российской Федерации. — 14 августа 2000г. — №33. — Ст.3433.

[8] Постановление Конституционного Суда РФ от 20 февраля 1996 г. № 5-П «По делу о проверке конституционности положений частей первой и второй статьи 18, статьи 19 и части второй статьи 20 Федерального закона от 8 мая 1994 года «О статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. — 1996г.- №2.

[9] Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за 4 квартал 1995 г. — М., 1996. — с.21.

Свидетельские показания. Права и обязанности свидетеля. Свидетельский иммунитет.

Свидетельские показания — одно из наиболее распространенных средств доказывания.

Статья 69. Свидетельские показания

· Свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

· Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его имя, отчество, фамилию и место жительства.

· Не подлежат допросу в качестве свидетелей:

· представители по гражданскому делу или защитники по уголовному делу, делу об административном правонарушении — об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с исполнением обязанностей представителя или защитника;

· судьи, присяжные, народные или арбитражные заседатели — о вопросах, возникавших в совещательной комнате в связи с обсуждением обстоятельств дела при вынесении решения суда или приговора;

· священнослужители религиозных организаций, прошедших государственную регистрацию, — об обстоятельствах, которые стали им известны из исповеди.

4. Вправе отказаться от дачи свидетельских показаний:

· гражданин против самого себя;

· супруг против супруга, дети, в том числе усыновленные, против родителей, усыновителей, родители, усыновители против детей, в том числе усыновленных;

· братья, сестры друг против друга, дедушка, бабушка против внуков и внуки против дедушки, бабушки;

· депутаты законодательных органов — в отношении сведений, ставших им известными в связи с исполнением депутатских полномочий;

· Уполномоченный по правам человека в РФ — в отношении сведений, ставших ему известными в связи с выполнением своих обязанностей.

Статья 70. Обязанности и права свидетеля

1. Лицо, вызванное в качестве свидетеля, обязано явиться в суд в назначенное время и дать правдивые показания. Свидетель может быть допрошен судом в месте своего пребывания, если он вследствие болезни, старости, инвалидности или других уважительных причин не в состоянии явиться по вызову суда.

2. За дачу заведомо ложного показания и за отказ от дачи показаний по мотивам, не предусмотренным ФЗ, свидетель несет ответственность, предусмотренную Уголовным кодексом РФ.

3. Свидетель имеет право на возмещение расходов, связанных с вызовом в суд, и на получение денежной компенсации в связи с потерей времени.

Свидетельские показания — сами сообщения, сделанные свидетелем суду.

В большинстве случаев показания свидетелей даются о таких обстоятельствах, которые воспринимались ими лично, которые они сами видели и слышали, но допускаются и о фактах, о которых свидетель узнал из других источников (недопустимо — когда источник сведений не может быть указан и, следовательно, проверен). Свидетель сообщает о фактах — их оценка в содержание показаний не входит. В некоторых случаях свидетели могут сообщать о фактах, которые были восприняты ими благодаря специальным знаниям — как очевидцы факта эти лица должны быть свидетелями, а не экспертами. Свидетель может быть вызван по просьбе сторон и других лиц, участвующих в деле (в ходатайстве о вызове свидетеля надо указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель; сообщить суду его ФИО, место жительства).

Санкция за неявку без уважительных причин — штраф, а вторичную — принудительный привод; за отказ от дачи показаний или дачу заведомо ложных показаний — уголовная ответственность (исключение — никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников: родителей, братьев/сестер, дедушек/бабушек, внуков, детей). В соответствии с ГПК РФ правом на отказ от дачи свидетельских показаний обладают также депутаты законодательных органов и Уполномоченный по правам человека в РФ — в отношении сведений, ставших им известными в связи с выполнением своих полномочий.

Права свидетеля:

· просить суд в установленных законом случаях о допросе в месте своего пребывания,

· давать объяснения и показания на родном языке, а также пользоваться услугами переводчика,

· использовать при даче показаний письменные материалы, когда его показания связаны с цифровыми или другими данными;

· ставить перед судом вопрос о необходимости его вторичного допроса;

· на возмещение расходов, связанных с вызовом в суд и на получение денежной компенсации в связи с потерей времени.

§ 2.2. Свидетельский иммунитет

Свидетельский иммунитет в гражданском судопроизводстве представляют собой разновидность правового иммунитета вообще, с одной стороны, и элементом (подинститутом) доказательственного права, с другой стороны.

Итак, свидетельский иммунитет применяется только в отношении особых субъектов гражданского судопроизводства, свидетелей, относящихся к классификационной группе лиц, содействующих осуществлению правосудия.

В учебной литературе свидетель в любом процессе определяется как носитель информации, источник сведений об искомых фактах[142] [143]. Свидетель, с позиции гражданского процессуального права — это юридически не заинтересованное в результате рассмотрения и разрешения гражданского дела лицо, которому известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения данного дела, задача которого состоит в воспроизведении суду информации об этих обстоятельствах. Между тем, общее правило об отсутствии у свидетеля юридической заинтересованности в исходе дела не может полностью исключить иной заинтересованности свидетеля, поэтому суд прежде, чем осуществить допрос свидетеля, выясняет его отношение к лицам, участвующим в деле.

Принимая во внимание, что свидетели не являются обязательными субъектами гражданского судопроизводства, да и свидетельские показания допустимы далеко не по всем делам (например, в силу ст. 162 Гражданского Кодекса РФ[144] (далее — ГК РФ) несоблюдение простой письменной формы лишает стороны сделки в случае спора между ними возможности ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания), положения о свидетельском иммунитете применяются далеко не в каждом процессе в суде по гражданскому делу.

В современном Юридическом энциклопедическом словаре свидетельский иммунитет сужен до «права лица не давать показания против себя и своих близких родственников, а также в иных случаях, предусмотренных УПК РФ»[145]. Обозначим, что в Литве, например, не допрашиваются в качестве свидетелей помимо адвокатов и священников, также и медицинские работники[146], таким образом свидетельский иммунитет связан не только с процессуальным положением, но и, что необычно, с профессией.

Между тем, в науке гражданского процессуального права именно этот вид иммунитета не раз выступал объектом пристального внимания ученых — имеются работы в отношении свидетельского иммунитета известных представителей московской теории доказательственного права — В.В.

Молчанова , М.А. Фокиной , выбравших в качестве предмета докторских исследований доказательства и доказывание в гражданском судопроизводстве[147] [148] [149]. Однако если Валерий Владимирович посвятил свидетельскому иммунитету целый параграф третьей главы собственного диссертационного исследования[150], вынеся на защиту и обозначив в автореферате положение о свидетельском иммунитете как установленном законом освобождении лица от обязанности свидетельствовать в суде, выраженное в форме привилегии, проявляющейся в праве отказаться от дачи свидетельских показаний, и форме запрещения допроса свидетелей об определенных обстоятельствах[151], то Марина Анатольевна не стала оформлять в качестве защищаемых тезисов собственную значимую точку зрения относительно свидетельского иммунитета, высказанную ею более двадцати лет назад.

Главная отличительная черта свидетельского иммунитета состоит в том, что целевая установка свидетельского иммунитета заключается не только в предоставлении определенной льготы, привилегии конкретному лицу, в отношении которого установлен иммунитет (применительно к нашему вопросу — свидетелю), но также предотвращение лжесвидетельства в уголовном, в гражданском, а с 2015 года и в административном судопроизводствах, предупреждение недоверия суда к полученным из показаний фактически заинтересованных свидетелей (например,

родственников, супругов и близких знакомых лиц, участвующих в деле) сведениям как средствам доказывания, обладающим признаком допустимости. Таким образом, институт свидетельского иммунитета в гражданском процессуальном праве России состоит из совокупности норм, регулирующих возникающее между российским судом, с одной стороны, и определенными категориями свидетелей, с другой стороны, процессуальное правоотношение особенным относительно общих правил регулирования отношений суда и свидетелей как лиц, содействующих осуществлению российского правосудия, образом, проявляющимся в установлении льготы (привилегии) по отказу от дачи показаний применительно для свидетеля как участника процессуального правоотношения. Нормы института свидетельского иммунитета находятся в ст.69 ГПК РФ, в пп.4 п.3 ст. 5 Закона О юрисдикционных иммунитетах иностранного государства.

По мнению В.В. Молчанова, «форма свидетельского иммунитета обусловливается характером отношений свидетеля и лиц, участвующих в деле, должностным положением свидетеля, предметом свидетельства.»[152], но, по нашему мнению, основную классификацию свидетельского иммунитета в гражданском судопроизводстве удобнее всего проводить по критерию обязательности применения судом иммунитета, подразделяя свидетельский иммунитет на безусловный (невозможность допрашивать в качестве свидетеля по определенным обстоятельствам кого-то в принципе, в частности, медиаторов нельзя допрашивать по обстоятельствам, ставшим им известными в связи с исполнением обязанностей медиатора) и условный (когда свидетель не обязан давать показания в суде, хотя и вправе это сделать, например, сестра может согласиться давать показания по делу, где ее брат является истцом или ответчиком, но может и отказаться давать показания, а также вообще не явиться на допрос).

О.В. Бабарыкина делит свидетелей на лиц, обладающих императивным иммунитетом (определяя его как «императивные ограничения для приобретения статуса субъектов»), и лиц, имеющих факультативное ограничение на приобретение статуса свидетеля, специально подчеркивая отсутствие подобного в нормах ГПК РСФСР ; Е.А. Зайцева — на полный и частичный, абсолютный и относительный, родственный и служебный[153] [154].

Весте с тем, возможна классификация свидетельского иммунитета по субъектам, в отношении которых он установлен: дипломатический, консульский, судебный (в узком смысле понимаемый как недопустимость допроса судей, присяжных или арбитражных заседателей по вопросам, возникавшим в совещательной комнате в связи с обсуждением обстоятельств дела при вынесении судом приговора или решения), представительский, родственный, супружеский, медиаторский, депутатский, религиозный, иммунитет Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, иммунитет Уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателей, иммунитеты уполномоченных по защите прав предпринимателей в субъектах Российской Федерации.

Следует сказать, что относительно каждого субъекта иммунитета, кроме субъектов дипломатического иммунитета, существует строго определенный «предмет свидетельства» — круг сведений, которые подпадают под иммунитет. В частности, Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации не допрашивается только относительно сведений, которые стали ему известны в связи с выполнением обязанностей Уполномоченного по правам человека, такое же правило установлено и применительно к Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченным по защите прав предпринимателей в субъектах Российской Федерации обязанностей. Д.Е.

Феоктистов считает такое положение не последовательным, обосновывая необходимость расширения перечня лиц, которые обладают условным свидетельским иммунитетом, за счет включения в него уполномоченных по правам человека субъектов Российской Федерации[155]. С таким расширением не соглашаются другие представители юридической науки, полагающие, что наделение нормативными актами отдельных субъектов Российской Федерации (Оренбургской, Пензенской, Самарской областей) уполномоченных по правам человека этих субъектов свидетельским иммунитетом противоречит отнесению вопросов судопроизводства к исключительному ведению Российской Федерации[156].

На первый взгляд, точка зрения Д.Е. Феоктистова заслуживает одобрения, принимая во внимание выполнение всеми уполномоченными по правам человека публичных функций вне зависимости от уровня уполномоченного, но критика его позиции оппонентами в настоящее время представляется правильной (по крайней мере, до появления в ст. 69 ГПК РФ соответствующих изменений), т.к. все процессуальное законодательство находится согласно ст. 71 Конституции РФ в ведении Российской Федерации, а институт свидетельского иммунитета является составной частью процессуального законодательства. Поэтому на сегодня свидетельским иммунитетом обладает Уполномоченный по правам человека Российской Федерации, Уполномоченные при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, а применительно к ее субъектам — уполномоченные по защите прав предпринимателей в субъектах Российской Федерации, и исключительно в отношении сведений, ставших им известными в связи с выполнением ими своих обязанностей, т.е. «служебной информации».

В этой связи заметим, что мы не в коей мере не принижаем значение в гражданском судопроизводстве такого субъекта как Уполномоченный по правам человека, поддерживая уже заметный положительный опыт его обращений в суд в целях восстановления социальных, личных и иных прав и свобод граждан, особенно относительно случаев, когда правовую основу удовлетворения судом требования составляют принципы и нормы международного права (как это было в первом судебном решении по выплате денежной компенсации за бездеятельность правоохранительных органов, вынесенном 17 октября 2005 года Кузьминским судом г. Москвы ). Считаем также справедливой критику Л.Н. Ракитиной судебной практики Верховного Суда, не допускающей предъявление исков Уполномоченным по правам человека в защиту неопределенного круга лиц[157] [158] [159], но вместе с тем, полагаем, что до внесения соответствующего дополнения в п.5 ч.4 ст.69 ГПК РФ (по примеру п.6 ч.4 указанной статьи, введенной Федеральным законом от 2 ноября 2013 года № 294-ФЗ[160]), в настоящее время применять служебный свидетельский иммунитет к уполномоченным по правам человека субъектов РФ нельзя, хотя и было бы логично.

Применительно к свидетельскому дипломатическому иммунитету действуют правила не ст. 69 ГПК РФ, а общая норма относительно правового положения иностранных субъектов (ст.401 ГПК РФ) и общепризнанные принципы и нормы международного права или международные договоры, в силу чего дипломатический агент, как правило, не может быть принужден стать субъектом гражданских процессуальных правоотношений, в т. ч. свидетелем.

Дипломатический агент может отказаться от установленного для него иммунитета в гражданском судопроизводстве, но это будет его собственное решение, исходя из чего дипломатический свидетельский иммунитет относится по критерию обязательности к условному иммунитету.

Консульский иммунитет в гражданском судопроизводстве — это иммунитет консульских должностных лиц и консульских служащих, не подлежащих гражданской юрисдикции судебных органов страны пребывания в отношении действий, совершаемых этими лицами при выполнении ими консульских функций. Консульский и дипломатический иммунитеты будут нами более подробно исследованы во втором параграфе, так как соотносятся с иммунитетом свидетеля не как общее и частное, а как взаимопересекающиеся категории, здесь же мы ведем речь только о случаях привлечения дипломатических и консульских представителей в гражданское судопроизводство в качестве свидетелей, и классифицируем консульский свидетельский иммунитет по критерию обязательности также как условный. Пока же отметим, что Закон О юрисдикционных иммунитетах иностранного государства касается интересующего нас вопроса только один раз — в пп.4 п.3 ст. 5, когда говорит о согласии на осуществление юрисдикции судом Российской Федерации иностранного государства, специально предусматривая при этом, что явка представителя иностранного государства в суд Российской Федерации для дачи свидетельских показаний или в качестве эксперта не может рассматриваться как согласие иностранного государства на осуществление судом Российской Федерации юрисдикции в отношении конкретного спора.

Внимание следует уделить новому виду свидетельского иммунитета — иммунитету медиатора. Введенный в качестве некоего субъекта в гражданское судопроизводство, тем не менее медиатор не получил собственного процессуального статуса, хотя предложения дополнить ГПК РФ статьей 471 «Медиатор в гражданском судопроизводстве» (с приведением проекта содержания нормы) прозвучали на уровне положений диссертационного исследования[161].

Тем не менее, современный медиатор — не безучастный субъект, он руководит ходом процедуры медиации, изучает проблему спора[162], находящегося на рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства. Поэтому конфиденциальность медиации, закрепленная в качестве принципа в ст.ст.3, 5 Федерального Закона от 27 июля 2010 года № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)»[163] (далее — Закон о медиации) вызвала необходимость дополнения ст.69 ГПК РФ положением относительно свидетельского иммунитета медиаторов, запрещающего их допрос об обстоятельствах, ставших им известными в связи с исполнением обязанностей медиатора.

Принимая во внимание, что требование конфиденциальности распространяются только на сведения, полученные во время проведения процедуры медиации, и на это время принцип конфиденциальности имеет императивный характер, то соответственно этот иммунитет будет ограниченным (по кругу информации), служебным и безусловным.

А вот один из самых распространенных видов свидетельского иммунитета — родственный (как и супружеский) иммунитет — по критерию обязательности применения будет, наоборот, условным. Изучая свидетельский иммунитет с позиции субъектного состава, А. Г. Репьев пришел к выводу, что перечисленными в Законе лицами институт семьи не ограничивается[165], и предлагает наделить свидетельским иммунитетом опекунов (попечителей) в отношении опекаемых, опекаемых — в отношении своих опекунов, а также лиц, которым несовершеннолетний был передан на воспитание в приемную семью — в отношении воспитываемого и воспитываемых несовершеннолетних — в отношении воспитателей в приемной семье[166].

Даже если согласиться с первой частью авторского предложения изменений в законодательство, со второй его частью в отношении лиц, которым несовершеннолетний был передан на воспитание в приемную семью и самого такого несовершеннолетнего в отношении его воспитателей считаем необходимым пока повременить. Упоминаемые А.Г. Репьевым формы устройства несовершеннолетнего, оставшегося без попечения родителей, различны по своей природе, но обе ограничены временными рамками. И хотя и опекуны, и приемные родители являются представителями несовершеннолетнего (выступая в статусе представителя, они в данном статусе не дают показаний, ответственности за отказ от дачи показаний нести не могут), при передаче ребенка в приемную семью заключается договор, приемные родители получают вознаграждение, а опекуны осуществляют свои обязанности без специального вознаграждения, именно временный характер возникающих правоотношений не дает нам возможности на сегодня приравнять их к родственным в части свидетельского иммунитета, даже переименовав указанный вид иммунитета в «семейный». Да и исторически в России считалось, что чувства между усыновителями и усыновленными не могут рассматриваться как родственные, поскольку более сходны с отношениями тесной дружбы, которая по закону не составляла оснований к отказу от свидетельства[167].

Подобные предложения о расширении «круга лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, и предоставления права отказаться от дачи показаний фактическим воспитателям и воспитанникам, опекунам (попечителям) и лицам, находящимся под опекой (попечительством), приемным детям и членам приемной семьи» высказывает и В.В. Молчанов[168]. А. Т. Боннер, помимо того, также предлагает расширить «семейный иммунитет», но уже за счет лиц, состоящих в фактических брачных отношениях, приводя аргументы, что фактический брак «является все более распространенным явлением. поэтому требование, чтобы фактические супруги свидетельствовали друг против друга вопреки их желанию, вряд ли соответствуют действительному смыслу п. 2 ч. 4 ст. 69 ГПК РФ»[169] [170] [171].

Следуя подобным аргументам, можно было бы устанавливать иммунитеты для любых родственных отношений или отношений свойства, при этом для родственных отношений это имело бы для России правовое основание (так, ст.1143—1145 ГК РФ придают гораздо более дальним родственным отношениям характер правового факта при наследовании, нежели ст. 69 ГПК РФ), тогда как фактические брачные отношения утратили свое правовое значение и их установление не допускается, если только они не возникли до 8 июля 1944 года (при ряде других условий, которые были указаны в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 г. «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение» , представить которые даже теоретически уже нереально).

Добавим еще один аргумент в пользу очень осторожного подхода к расширению сферы свидетельского иммунитета — его отнесение как разновидности юридического (правового) преимущества. Любое преимущество всегда исключает равенство, а именно равенство всех перед законом и судом заложено Конституцией России как базовый принцип гражданского судопроизводства, в частности, и российского государства, в общем. Исключения из конституционного принципа равенства могут допускаться законодателем, как это не странно звучит, для обеспечения его же реального действия (так, предусмотренное Федеральным законом от 21 ноября 2011 № 324-ФЗ «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» для отдельных лиц и отсутствующее у других субъектов гражданского судопроизводства право на бесплатную юридическую

помощь предусматривается для повышения уровня доступности правосудия для тех, у кого этот уровень в силу объективных причин снижен). Как справедливо отмечает Г.Н. Комкова, принцип равенства включает в себя не только отсутствие любых форм дискриминации, но и «равенство возможностей, то есть отсутствие в законе необоснованных льгот и привилегий» . Подчеркнем то, что если преимущество (в нашем случае — иммунитет) не способствует реализации конституционных положений и не влечет за собой повышения уровня защищенности лица до минимального стандарта судебной защиты, то оно не имеет право на существование в гражданском процессе ни как иммунитет, ни в виде иных преимуществ — привилегий, льгот и т.п.

Концепция единого Гражданского процессуального кодекса РФ, одобренная 8 декабря 2014 г. решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы Совета Федерации Российской Федерации, в проектом варианте гл. 6 «Доказательства и доказывание» не имеет правил об иммунитетах свидетеля, также как и гл. 4 «Лица, участвующие в деле, и иные [172] [173] [174] участники гражданского судопроизводства» , что дает нам основания для вывода о том, что реформирование гражданского процессуального законодательства, запланированное на ближайшее будущее, концептуально не коснется свидетельского иммунитета, и у нас еще есть время на разработку действительно эффективного механизма действия данного института.

Выводы о недостаточной эффективности нормотворчества в отношении доказательств и формы их представления в гражданском судопроизводстве и необходимости продолжения активного сотрудничества в данном направлении ученых и практиков[175] [176] применимы и сегодня к свидетельским показаниям как доказательству и особой форме их получения при возникновении ситуаций, которые основаны на использовании возможности отказаться от дачи показаний либо на объективной невозможности допроса в качестве свидетелей лиц, указанных в ч. 3 ст. 69 ГПК РФ и ч.4 ст.401 ГПК РФ.

Следует обозначить и еще одну проблему, возникающую при применении института иммунитета свидетеля при рассмотрении гражданских дел в Российской Федерации, связанную с классификацией всех доказательств, включая показания свидетелей, на первоначальные и производные. Исходя из приведенной классификации предполагается, что суд обязан стремиться к получению и последующему исследованию первоначальных доказательств, а производные доказательства исследовать и оценивать тогда, когда получить первоначальные доказательства действительно не представляется возможным. Например, показания свидетеля, сообщающего суду о фактах, которых он сам не наблюдал, а с чьих-либо слов, возможно использовать только когда свидетель сообщает суду источник собственной осведомленности, но источник этот не может быть допрошен по объективным причинам. К таким объективным причинам следует относить, по нашему мнению, не только общеизвестные — смерть, отсутствие у суда возможности установить местонахождение лица либо когда лицо находится за пределами выполнения судебных поручений, но и наличие у лица, являющегося первоначальным источником информации, свидетельского иммунитета.

Относительно иммунитета в отношении свидетельских показаний, связанном с тайной исповеди, нам не удалось найти факты применения судом данного иммунитета в российском гражданском судопроизводстве, сама по себе формулировка иммунитета представляется правильной, но можно оценить ее так только в плане законотворчества, но не правоприменения.

Рассмотрев в данной параграфе лишь некоторых субъектов, обладающих свидетельским иммунитетом, в отношении которых мы увидели проблемы, отметим, что перечень лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, имеет тенденцию к постоянному расширению, и с 1 сентября 2016 года после вступления в силу Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 409-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившим силу пункта 3 части 1 статьи 6 Федерального закона «О саморегулируемых организациях» в связи с принятием Федерального закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» к таковым добавится арбитр (третейский судья), которого нельзя будет допрашивать об обстоятельствах, ставших ему известными в ходе арбитража (третейского разбирательства). [177]

Проблем, которые могло бы вызвать это нововведение в гражданское судопроизводство, мы не видим, но возможно, они будут выявлены после вступления новеллы в законную силу.

Что касается последствий констатации свидетельского иммунитета в гражданском судопроизводстве, то мы не можем полностью согласиться с И.В. Решетниковой в том, что в связи с отсутствием в российском гражданском процессе дисквалификации доказательств, в случаях, когда свидетель не может давать показания в силу свидетельского иммунитета (как и в случаях физической или психической неспособности воспринимать факты) следует заявить ходатайство об отводе свидетеля . Субъекты отвода строго поименованы в главе второй ГПК РФ — это судьи (включая мировых судей), прокуроры, секретари судебного заседания, эксперты, переводчики, специалисты (их отдельные авторы предлагают исключить из данного перечня ), расширенному толкованию этот перечень не подлежит, и полагаем это совершенно правильным. Отвод (самоотвод) в гражданском процессуальном праве представляют собой механизм обеспечения беспристрастного участия в отправлении правосудия по гражданским делам у мировых судей и судах общей юрисдикции , а совершенно беспристрастных свидетелей по гражданским делам можно встретить очень редко. Кроме того, в институте отвода нет и не может быть условности, не должно быть зависимости от субъективного, ничем не подтвержденного усмотрения отводимых, тогда как в отношении условного свидетельского иммунитета окончательное решение о его использовании принадлежит лицу, обладающему иммунитетом (то есть применяется формула «хочу давать показания — не хочу давать показания»). [178] [179]

Таким образом, при обнаружении обстоятельств безусловного иммунитета, полагаем, судья не «отводит» свидетеля, а должен отказать в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля, а если такие обстоятельства выясняются уже в ходе допроса, то немедленно прекратить допрос, а данные на это момент показания оценить в мотивировочной части судебного решения как недопустимые.

Если речь идет о допросе свидетелей, обладающих условным иммунитетом, то после разъяснения им возможности не свидетельствовать (последствий условного иммунитета) они либо допрашиваются в обычном порядке (при наличии их согласия давать показания), либо (при отсутствии такого согласия) судья прекращает процессуальное правоотношение с данным свидетелем, что фиксируется в протоколе судебного заседания. В этот момент лицо, воспользовавшееся иммунитетом, уже не является участником процесса — свидетелем, и, если пожелает, может остаться в судебном заседании исключительно как присутствующее лицо без какого- либо процессуального положения.

Итак, лишь устранив некоторое несовершенство нормативного регулирования иммунитетов, используемых при рассмотрении гражданских дел в России, мы сможем сделать применение иммунитета свидетеля в судопроизводстве гарантией равенства возможностей всех субъектов процессуальных правоотношений. Помимо этого, не следует забывать и о таком качестве идеальной конструкции любого правового института как соответствие реальным потребностям общества, а также сложившейся экономической ситуации на конкретном этапе правоприменения, особенно когда это касается расширения субъектного состава лиц, обладающих свидетельским иммунитетом.